– А она что?

– А у неё обед закончился, и она убежала.

Мама ещё немного задумчиво молчит, и продолжает свою речь.

– Ей нужен взрослый, ответственный, заботливый мужчина. И я не сомневаюсь, что она такого встретит.

В смысле, встретит?

– А я?

– А ты так. Поиграться ненадолго. Впрочем, в этом нет ничего плохого. Это тоже нужно. Не сидеть же одной, пока не нашелся тот самый.

– То есть она ищет того самого, а я – временный вариант?

– А ты что думал?

– Так и думал. Так и хотел. Нас обоих это устраивает, – говорю чистую правду.

Мама кивает. Но…

– Есть одна загвоздка, – произносит он.

– Какая?

– Одно дело – решить что–то головой... Но ведь ещё есть сердце.

– У меня нет сердца. Только член и легкие. Я – железный дровосек.

Маме такое не говорят, конечно. Но она сама завела все эти разговоры.

– Ты вертихвост и потаскун! – ворчит она.

– Это комплимент? – скалюсь я.

– Малолетний оболтус! Хотя тебе уже двадцать шесть. Тебе до настоящего мужчины ещё расти и расти.

– А вот сейчас было обидно! Услышать такое от родной матери.

– А кто тебе ещё правду скажет, если не родная мать?

Да уж…

Марта

– Дети – это прекрасно, – произносит мама Богдана.

Но я вижу, что она напряглась. Или мне кажется? Я сама напряжена! Натянута, как струна.

Мне все это не нравится.

У меня вообще не должно было быть таких ситуаций и таких разговоров! Я не планировала знакомиться и общаться с родственниками своего временного любовника.

Но все вышло из–под контроля.

– У нас с Богданом просто… Это не отношения! – выпаливаю я. – Это не серьезно. Мы просто развлекаемся.

– Понятно.

Вероника Андреевна задумчиво кивает, разглядывая меня. Оценивает? Пытается понять мои планы?

– Так что вы не волнуйтесь, – говорю я.

– А чего мне волноваться?

– Ваш сын не собирается жениться на разведенке с двумя детьми.

– Ну и зря, – внезапно выдает она.

Я чуть не падаю со стула

И – убегаю работать. Обеденный перерыв не бесконечный.

Да, дети – это прекрасно. Но мне больше не надо!

Поэтому я пью таблетки, и – мы пользуемся презервативами. Всегда. Я строго за этим слежу. По три он, правда, не надевает.

Ну как строго… В моменте я иногда вообще не в себе… Может, я даже могу поддаться страсти и забыть… Нет! Я не должна забывать.

Ну и для подстраховки – таблетки, прописанные мне гинекологом.

***

В целом, Кот ведет себя хорошо. Почти не беспокоит в будние дни, как я и просила. Пьет пиво по вечерам...

Без меня! – проносится в голове и обжигает внезапной обидой.

Да что это такое? Какие ещё обиды? Я не хочу пива. И видеть его не хочу.

Я сама ему сказала, что мы будем встречаться только в выходные, когда я смогу отправлять детей к бабушке с дедушкой.

Все идет по плану.

Шло. Пока не раздался звонок в домофон...

Беру трубку.

– Это я.

Голос Кота.

– Что ты здесь делаешь?

– Пиццу принес. Специальную детскую. Полезную.

– Что?

– Открывай!

И – я открываю.

Растерялась от неожиданности. Да и не выгонять же его с пиццей…

– Мам, кто там пришел? – подбегает Аленка, которая услышала звонок.

– Богдан.

– Ура! Богдан пришел!– визжит моя дочь.

– Богдан? – выскакивает из комнаты Ваня. – Где Богдан?

А он уже входит в дверь.

Я забираю у него коробки с пиццей. Дети прыгают на него и виснут. Он берет Аленку на руки. Она целует его в щеку. Он обалдело улыбается.

А у меня сердце щемит.