Я весь в мыле. Наготовил гору блинчиков, пока энерджайзеры разносили гостиную.

И тут на кухню вплывает Марта.

В шелковом халате, с волосами, изящно убранными в пучок, в тапочках с помпончиками. И в прекрасном настроении. Вся такая выспавшаяся, свежая, красивая что пиздец.

Одно слово – Царица!

– Ой, блинчики! Котик, ты лучший. Я буду кофе.

Я варю кофе. Накрываю стол. Снова зову детей.

И… вся эта орава сметает блинчики за три секунды! Я их час стряпал. Я заебался, как ни на какой работе не заебывался. И, кстати, я тоже хотел блинов!

Но мне достался только один, последний. Самый кривой и косой. Но вкусный…

– Дети! Помогите Богдану навести порядок на кухне! – командует Царица.

– Надо говорить: помогите папе, – поправляет ее Аленка.

– Помогите папе. А потом пойдем гулять.

И они помогают. Выливают на меня чай, разбивают тарелку, совершенно случайно намазывают мне ногу вареньем…

– Идите уже! Собирайтесь гулять.

А мне надо в душ. И очень хотелось бы поспать. Устал, как собака. А время всего девять утра!

***

Поспать мне, конечно, не дали. Надо же гулять. Покупать шарики и мороженое, кататься на каруселях, прыгать на батутах, стрелять в тире. Я даже попал пару раз, к восторгу Вани. Выиграл набор маркеров и брелок.

Наконец–то мы не ходим, не скачем и никуда не лезем. Расстелили плед на лужайке и просто сидим. Лениво попиваем сок и едим пиццу с попкорном.

Солнышко светит. Птички поют. Глаза сами собой закрываются…

“Ягода–малинка оп–оп–оп!”

Бля… Резко просыпаюсь. Открываю глаза. Надо мной голубое небо, подо мной травка, а у Марты в телефоне играет эта долбанная песня.

Я хлопаю глазами. Сажусь.

Дети хохочут. Царица улыбается, аж светится вся.

Хорошо… Все хорошо.

Я выспался. День в разгаре. Погода улетная. Можно дальше гулять.

Мы идем по парку. И все прохожие мне улыбаются. Некоторые даже хохочут в голос. И показывают пальцем.

Я настолько неотразим?

Прохожу ларек с газировкой, ловлю свое отражение… Мля! У меня усы! Нарисованные красным маркером.

С укором оборачиваюсь к Марте:

– И ты мне не сказала? Уж от кого от кого, а от тебя не ожидал такой подставы.

– Извини. Но ты такой смешной…

Ага. Обхохочешься! Весь парк уписался от смеха надо мной.

– Это стирается?

– Конечно.

Царица трет мое лицо влажной салфеткой.

– Ты что, обиделся? – дергает меня за руку Аленка.

– Я разозлился.

– Мы больше не будем.

– Да ладно, я уже не злюсь.

Ну подумаешь, усы. Мои друганы похлеще со мной штуки проделывали, когда я спал пьяный. Могли обрить налысо, облить зеленкой, связать вместе шнурки и перенести в ванну.

А тут – всего лишь красные усы. Какие милосердные дети…

Богдан

Выходные прошли капец как бурно. В жизни так не развлекался. В субботу знакомство детей с родителями. Нервяк, трешак и разбор меня на атомы.

В воскресенье вообще… еле выжил.

В понедельник утром, сверкая пятками, убежал на работу. Сегодня сложный день. Переговоры с администрацией, встречи с арендаторами “Прометея”, разборки с клиентами, расхерачившими одну из моих машин. Они все вынесут мне мозг. Но никто не нарисует красным маркером усы и не намажет спину вареньем. Взрослые адекватны и предсказуемы. И скучны.

А дети – это весело. И капец как сложно!

Я не представляю, как Марта живет в таком режиме. Вернее, теперь уже довольно хорошо представляю. И это дети уже большие!

Ладно. Я привыкну. Когда был малой, у нас дома тоже дым стоял коромыслом. И ничего, все выжили. Даже родители. Все больше их понимаю и сочувствую…

***

В обед залетаю в “Атмосферу” просто потому, что оказался рядом. Это старый клубешник с рестораном, который держит Варлам, и в котором постоянно тусуются наши родоки. Ну и мы с пацанами иногда.

А сейчас я встречаю здесь Аришу, дочку Варлама, с мужем Серегой. И они сразу набрасываются на меня. Особенно Ариша.

– Ну ты, Кошак, даешь! – выпаливает она без предисловий.

– Да, – киваю я.