— Дария — будущая императрица, — заявил генерал, вообще даже не поинтересовавшись, хочу ли я этого.

Но барон Мирбах был непробиваем.

— Если вы хотите жениться на госпоже Дарии, то вам ещё больше следует соблюдать правила приличия. Репутация императрицы должна быть безупречной.

И я увидела, что генерал еле сдерживается, чтобы прямо сейчас не заявить на меня права. Но я не хотела, чтобы он об этом говорил сейчас, на арене, полной людей, и драконов, и вообще неизвестно кого.

Он напряжённо посмотрел на меня.

Я сказала:

— Лаэрт, я тебе всё расскажу. Но потом.

***

Дарья

Но потом наступило много позже, потому что новому императору надо было много чего сделать: не всё было так безоблачно и в империи, и в императорском дворце.

Хорошо ещё, что генералы, узнав, что кровной привязки больше нет, и чувствуя вину перед Лаэртом за свою трусость, почти все и сразу перешли на сторону нового императора. Но остались и те, кому было недостаточно того, что подтвердил древний ритуал.

Несколько стран заявили о желании выйти из состава империи, в том числе и страна Адарис. Оказалось, что кто-то из семьи Адарис жив.

Единственное, о чём я попросила генерала, — это выдать мне порталы, чтобы перенести сына. Но он, наплевав на все дела, сделал это сам.

Сначала я испытала неимоверное напряжение, мне казалось, что ожидание, когда вернётся генерал, тянется очень долго, но потом, когда он появился, выйдя из портала с Лиамом в руках и с прицепившейся к нему Миной, мне стало весело — настолько комично это смотрелось.

— У тебя очень боевая и бесстрашная служанка, — сказал генерал, передав мне ребёнка и белую от страха Мину.

И потом мы с Миной и Лиамом переехали в замок барона Мирбаха.

И первым, кого я встретила в доме барона, был его внук.

Он словно ураган налетел на меня:

— Дария! Дария!

Пришлось отдать Лиама Мине, чтобы обнять маленького баронета.

— Как ты вырос, Динор! — сказала я.

Действительно, мальчишка вытянулся. Когда потоки магии стали работать нормально, то вернулся и нормальный рост, и стандартное развитие для маленького дракончика.

А вскоре наши восторженные объятия прервал саркастический голос Фэйда.

— Кого я вижу! И почему каждый раз, когда я вижу эту женщину, она становится всё более недоступной?

— Иди сюда, и тебя обниму!

— Ну уж нет! Мне моя голова дорога. А потом ещё кто знает, что в ваших ручках за магия. Мне хватило вашего лечения.

Я испуганно посмотрела на него:

— Что-то не так?

— Нет, всё нормально, — отступив на шаг, сказал Фэйд.

Барон, стоявший за моей спиной, усмехнулся:

— Просто Фэйд хотел сказать, что скоро будет папой.

— Поздравляю, Фэйд!

Я покосилась на стоявшего мальчишку, думая, что он ещё мал, чтобы про внебрачных детей Фэйда слушать.

— Ой, Дария, не смотрите на меня! Все про это знают, что дядя Фэйд мимо девушки пройти не может, чтобы она не понесла.

Я прикрыла рот рукой, засмеявшись. Потому что слышать такое от ребёнка было по меньшей мере странно.

Но, с другой стороны, парень рос в замке, где были одни мужчины, военные или военные в отставке. Я была уверена, что они не стесняются в выражениях при нём.

— Так что, госпожа Дария, — сказал Фэйд, — не надо меня больше лечить. Я нормальный.

— Как скажешь! — сказала я, но на всякий случай я просканировала и Фэйда, и Динора, и барона.

Только барону слегка добавила капельку магии, поправила работу сердца. Всё же возраст сказывался.

Вечером был тёплый семейный ужин, на котором я рассказала, что на самом деле я принцесса Адарис.