Он мягко, но уверенно привлек меня к себе, и его губы ласково и нежно коснулись уголка рта. Краешек глаза защекотало от набежавшей слезинки. Я расслабилась в его объятиях, становясь податливой и томной, мне даже не хотелось дожидаться, пока мы пройдем лес. Пока у меня окончательно не снесло крышу, я немного, насколько смогла, отодвинулась и спросила в лоб:
— Скажи мне только честно, тебе нравится Забава?
Я ощутила, как дрогнули руки, обнимавшие меня, как напряглось тело, к которому я прижималась. Нужно было идти ва-банк, я чувствовала, что истина близко. Но произнести эти слова было очень тяжело. В горле пересохло, и я еле выдавила:
— Ты ее… любишь?
Иоська резко отстранился от меня с белым как смерть лицом.
— Уль, не начинай… — в голосе прозвучали злые металлические нотки.
— Что ж, раз нельзя начать, надо сразу закончить, — бросила я, высвободилась из вялых рук, по инерции обвивавших мою талию, и, не оглядываясь, стала подниматься на холм. Уже у подножия леса я решилась обернуться. Иоська следом не шел, и внизу его тоже не было. На губах еще горели сладкие поцелуи, тело до сих пор отзывалось на любовный призыв, но больше не находило отдачи.
Прорвавшиеся рыдания захлестнули меня с головой, горло сдавило так, что я не могла глотнуть воздуха. Горько стеная и захлебываясь плачем, я брела через лес, который на обратном пути отступил и не пытался меня задержать, помешать или напугать, словно тоже был сражен моим горем.
Глава 29
Я наконец-то нашла работу. Офис находился в Москве, и меня в кои-то веки посетила адекватная и практичная мысль — временно поселиться в столице, поближе к новому месту. И не из-за того, что меня странным мистическим образом манила одна из загадочных квартир во-он в той кирпичной пятиэтажной хрущобе. И не потому, что тянуло пожить в чужом доме, впитать энергетику, почувствовать себя кем-то другим. А по той причине, что это было, во-первых, близко, во-вторых, удобно, в-третьих, мне позволяла новая зарплата, в-четвертых, эта квартира была просторнее и комфортнее моей студии.
Жилище я выбрала довольно быстро, ориентируясь лишь на личные потребности, а вовсе не на какие-то мистические позывы. Вышло дороговато, но это того стоило. Я никак не могла нарадоваться, что мне больше не придется трястись сорок минут в старой, ушатанной электричке, душный воздух которой содержал полную палитру отвратительных запахов: пота, перегара, дешевого фастфуда, нестиранной одежды, туалета и периодически — вопреки всем административным запретам — табачного дыма из тамбуров.
На новой работе я надеялась найти хороших, пусть и временных, друзей. Главное было, не увлекаться и не верить в то, что у нас с ними дружба навеки. Еще я планировала потихоньку поправлять старый дом, а заодно бывать во Внутри, просто для души, ни с кем не общаясь. Что могло быть лучше?
Угловая квартирка располагалась на третьем этаже пятиэтажки на Малой Грузинской. Она, конечно, была далеко не новой, но чистенькой и обставленной всем необходимым, хоть и с остатками дизайна «бабушка-стайл»: ее все же готовили под сдачу. Выглядела она вполне симпатично. Из окошка кухни, затененного пышной листвой старых, ветвистых лип, открывался вид на угол крупного бизнес-центра. Широкое окно с балконом в гостиной выходило на зеленый и неожиданно тихий дворик. Крашеный в темно-коричневый цвет деревянный паркет — видавший виды, но еще крепкий — был укрыт по центру комнаты красивым и почти не вытертым ковром. На стене, к счастью, ковра не было, хотя он точно там когда-то висел: широкий прямоугольник обоев над диваном, будучи какое-то время защищенным от выцветания, едва заметно отличался по яркости. Гвозди остались, но были замаскированы парочкой небольших вышивок в рамках и подвесными кашпо с комнатным плющом. В углу, у старомодной полированной стенки, стояла на стуле разрисованная акустическая гитара, на ее передней деке алела отодравшаяся с краев наклейка с изображением пылающего человеческого сердца. Как мне сообщила агент, инструмент остался еще от самых первых хозяев и почему-то прижился. Так и передавали его, как переходящее знамя, новым покупателям или арендаторам.
Я же в душе просто возрадовалась! Моей давней, полузабытой мечтой было освоить гитару хотя бы на самом простейшем уровне — как говорится, на уровне блатных аккордов, но ради этого покупать ее я не решалась. Дав себе зарок воспользоваться случаем и научиться азам игры на акустике, я въехала в свой нынешний дом.