— Ну ладно, — примирительно сказала я, взяв себя в руки. — Раз уж так произошло, значит, произошло. И переходить во Внутрь я буду. Имею право, раз дар есть. А пользоваться им меня никто не заставит. Я только понять не могу, если мертвяки прислуживают здешним, то почему они ко мне-то приходят? Я-то уж точно не отсюда.
— Да вот кто ж его знает! — расстроенно сказала Семеновна. — Загадка просто! Разве кто-то из здешних им наказал, вот только, действительно, зачем?.. У Новеллы-то никто же не прибирался! — У нее был такой вид, словно ее только что озарило этой мыслью. — По крайней мере, она с нами не делилась.
— Ладно, Маргарита Семеновна. Последний вопрос у меня. И я пойду, обещаю, а то я ворвалась к вам в дом перед сном, как фурия бешеная, взбаламутила. Но очень уж происходящее меня потрясло. Только давайте начистоту, раз у нас вечер откровений.
— Спрашивай, Улечка, если знаю — честно отвечу.
— Я насчет механизма. Насколько я понимаю, он у меня какой-то не такой? Или здесь у всех они по-разному выглядят?
— Ах, механизм…
Мне показалось, что Семеновна вздохнула с едва заметным облегчением. Ждала еще какого-то вопроса? Значит, не все рассказала? А если бы здесь была не я, а Любушка? Я уже и забыла, что на чужое место внедрилась…
— Да, механизм.
— Так пойдем, покажу свой, — улыбнулась она, тяжело поднимаясь из-за стола. Я вдруг стыдливо подумала, что совершенно вымотала бедную старушку своим визитом. Притащилась на ночь глядя, разоралась, на горло наступать стала.
— Я могу завтра прийти, — запоздало пискнула я извиняющимся тоном.
— Да что ты, мне не трудно. Это я и не думала скрывать, просто как-то разговор не заходил, да и ты не интересовалась. У нас-то у всех устройства намного проще. Уж не знаю, кому больше повезло. Ты, кстати, куда ж пойдешь-то в темень такую? Оставайся у меня, места много!
Я завертела головой.
— Нет, нет, нормально дойду, я в этом лесу уже хорошо ориентируюсь.
Проследовав за Семеновной по широкому коридору ее добротной избы, я ожидала, что она меня подведет к каморке, похожей на мою, но внутри будет все иначе. Другие рычаги, другие кнопки и панель в стене. Но Семеновна привела меня в обычную комнату, обставленную, как все остальные в доме. Только один предмет здесь выделялся и выглядел необычно. На большом деревянном столе стояло устройство, сильно напоминавшее печатную машинку, только более крупную и усложненную. Но самое главное, механизм оказался портативным. Его, хоть и с большим трудом, можно было переносить! Не то что мою махину, встроенную в стены и пол. Вот это сюрприз!
Семеновна, увидев, как я стою с открытым ртом, слегка улыбнулась.
— Да, у нас все попроще. И управление, и переноска.
— То есть у вас в наружном мире такая же штука стоит?
— Да, один в один. У нас у всех такие вот механизмы. Только у Новеллы другой. Как знать, может, потому и подсылают к тебе мертвяков. Только они ж не призраки, и у тебя с ними особого контакта нет.
Потрогав, едва касаясь кончиками пальцев, буквенные и цифровые клавиши, задумчиво погладив блестящий бронзовый бок «печатной машинки», я наконец стала прощаться.
— Извините, что переполошила вас, но я не могла уже с этой информацией один на один оставаться, — сказала я. — Я же вообще не такая шебутная…
— Да брось ты, мы тоже виноваты, — принялась успокаивать Семеновна, провожая меня до крыльца. — Хотя ты изменилась с первой встречи. Но это жизнь. Паранормальные события меняют людей, тут уж ничего не попишешь. — И вдруг спохватилась: — Погоди, а откуда ты вообще узнала про мертвяков?!
— Не важно, потом расскажу. Теперь ваша очередь догадками мучиться, — усмехнувшись, сказала я и спустилась с крыльца. У меня тоже имелись секретики. Про Шушару я компашке старушек рассказывать не собиралась. Это ж надо! Они свои порталы могут таскать, перевозить, а я как привязана к одному месту.
Прикрыв за собой калитку, я бодро зашагала по узенькой улочке, неярко освещенной уютными желтыми фонарями. Мысли о густом темном лесе почему-то не пугали, хотя вроде ж должны были, раз мне только что подтвердили, что по Внутри расхаживает нежить. Но, кажется, у меня случилась передозировка впечатлениями, и воспринималось все приглушенно, как кадры из кинофильма, а не из жизни. Свернув в другой такой же узкий переулок, я лицом к лицу столкнулась с Иоськой.
Вот черт. Я была не готова ни ко встрече, ни к разговорам или объяснениям.
— Ульяна! Ты что тут делаешь? — искренне удивился и, кажется, слегка напугался он.
— К Семеновне забегала поболтать, — сухо ответила я.
— Ночью?!
— Ну, пока еще только вечер.
— Я тебе звонил, звонил, решил, что ты в наружный мир вернулась. Хорошо, что ошибся. Пойдем, провожу тебя до дома, куда ты по темноте одна через лес потащишься?
— Да я уже вроде наловчилась, — отмахнулась я, и его глаза сверкнули нехорошим блеском. — И я очень устала, мне бы добраться до дома и заснуть.