На дворе стояла спокойная ночь, в розовом доме не светилось ни одно окно. Было тихо, только со стороны Олимпийского проспекта долетал шум редких машин. Я, прихрамывая, доковыляла до маленькой детской площадки и до утра просидела там на лавочке, ежась от ночной прохлады, пока совсем не рассвело. Птиц было почти не слышно, лишь одинокая чайка под утро принялась кружить над крышами с неприятным криком. Мне отчаянно захотелось домой, в свою собственную квартиру, поближе к частному сектору и лесу, откуда ветер доносил шум деревьев и пение соловья.
Сосед по дому вывел на утренний променад собаку, равнодушно скользнул взглядом по моим босым ногам и завернул за угол. От подъезда отъехала машина. Улица оживала, хлопали двери и окна. Убедившись, что город потихоньку пробуждается, я вернулась к подъезду и стала ждать, пока кто-нибудь выходящий меня не впустит внутрь. Поднялась к себе, дернула незапертую дверь и остановилась перед квартирой, прислушиваясь. Оттуда не доносилось ни звука. Но главное, я больше не ощущала опасности. Тварь ушла. Явно не навсегда, но меня это уже не касалось — я больше не собиралась тут ночевать. Сделав робкий шажок через порог, я хлопнула по кнопке выключателя. Прихожая озарилась рассеянным светом лампочки, которая ночью сама по себе раскачивалась и искрилась рядом с призраком. Сейчас все работало по законам обычной, а не какой-то там парафизики. Тварь точно ушла.
Ополоснув в ванной ноги от пыли и песка после утренней пробежки босиком, я промыла свежие ссадины и, взглянув на себя в зеркало, отшатнулась. Из отражения на меня смотрела перепуганная незнакомая девица: волосы взлохмачены, глаза выпучены, на левой щеке — две кровоточащие царапины, оставленные ногтями ночного гостя. Я умылась, морщась от новой волны отвращения и боли: ранки тут же защипало. Обувшись, покидала в дорожную сумку тот минимум вещей, что принесла с собой для ночевок, сбегала на пару пролетов вниз и протерла ступени, чтобы не оставлять после себя безобразия, а потом с тяжелой душой отправилась восвояси. Оказывается, и так бывает. Повторять не хотелось.
«Больше никогда», — пообещала я себе и по-быстрому собралась на дачу. Нужно было отчитаться о грандиозном провале, а заодно поплакаться в жилетку любимому. И какое же это было счастье, что эта жилетка теперь у меня имелась.
Глава 26
Едва переступив черту, разделяющую наш мир и Внутрь, я прямиком направилась к телефону и схватилась за трубку. Номер Иоськи не отвечал. В легком замешательстве, почему мы до сих пор не обменялись телефонами в обычном мире, чтобы назначать встречи во Внутри, я набрала следующий известный мне номер.
— Маргарита Семеновна? — нетерпеливо заговорила я, как только услышала на том конце провода старческое «алло». — Можно к вам прийти? У меня есть новости… — Я нервно сглотнула. — Нехорошие.
— Ох ты боже мой! — напугалась старушка. — Что случилось? Ты в порядке?
— Да, да, ничего страшного, — успокоила ее я. — Просто очень неприятное происшествие в квартире…
Я запнулась, чувствуя, как голос начинает дрожать. Меня до сих пор не отпустило. Как только я хоть немного расслаблялась и теряла контроль, перед глазами моментально возникало уродливое серое лицо и сразу казалось, что я до сих пор ощущаю мерзкий запах. Он будто впитался в одежду и даже кожу, хотя дома я очень долго стояла под душем и, конечно, переоделась во все свежее.
— Приходи, конечно, Улечка, я как раз пироги поставила! Только чуть позже, я пока остальных соберу и кое-что тут доделаю. Потерпишь?
— Конечно, — я грустно кивнула, словно собеседница могла меня видеть.
— Через пару часов тогда тебя жду.
Она отключилась, а я стояла возле бюро с трубкой в руке и еще какое-то время слушала частые гудки, словно этот звук позволял мне оставаться на связи с миром живых. Мелькнула мысль поболтать в ожидании с Шушарой, но та была лишь немного симпатичнее ночного монстра, поэтому я решила повременить. Вспомнив, что давно не выбиралась на природу, я прихватила на всякий случай плетеную корзинку и отправилась на прогулку — в тот самый лес, где мы с Иоськой как-то ночью нашли «клад».
Как я ни силилась, не могла вспомнить, где находился тайник Ильиничной, к которому нас привели светлячки. А мне так хотелось взглянуть на это место при свете дня. Странно, что раньше не приходило это в голову. А может, так и было задумано, что найти его можно только ночью, следуя за живыми огоньками. Однако в летнем лесу было настолько чудесно, что я на какое-то время выкинула из головы кошмар, приключившийся со мной ночью.