Во-первых, кран над ванной подтекал. Не сильно, но из короткого сплющенного носика непрерывно текла тоненькая, дерганая, скрученная спиралью струйка, цепляясь у стока за изъеденную ржавчиной почти до черноты эмаль. Но не протекающий кран и не длинное темно-рыжее пятно вызывали это щемящее, тревожное чувство. А именно сплющенный, вернее, полностью плоский кран, матовый от известкового налета и тоже сильно изрисованный мелкими коричневыми пятнышками. Не стильный современный, эстетично изливавшийся широкой тонкой полоской воды, а совсем старый. Мне встречался похожий только в одном месте — в старой прабабушкиной квартире. Когда я была совсем маленькая, то до жути его почему-то боялась. Мне даже страшные сны про него снились! Обычно в таких сновидениях из него выплескивалась ржавая вода. Да далеко ходить не надо, я же не так давно подобный ночной кошмар видела. На редкость отвратительное зрелище, да и не только зрелище. Помнится, к «трансляции» подключились и другие рецепторы: казалось, я чувствую запах сырой побелки, застарелую вонь туалета и железистый, тошнотворный душок ржавой воды.
Совершенно непонятно, что в плоском смесителе меня так пугало, но то детское, почти бессознательное чувство не забылось, оказывается, до сих пор. Замечательно. В моем новом жилище — элемент моих детских ночных кошмаров. Что-то еще не давало мне покоя и мучило, но я не могла нащупать, что.
— В старой квартире есть плоский кран, ржавое пятно, текущая вода… — пробормотала я себе под нос все на тот же мотив. Я как будто это уже слышала где-то.
Но надо было закончить с уборкой и заодно попробовать избавиться от уродливого ржавого пятна на эмали. Скомканная занавеска за время моего бездействия потихоньку расправилась и укрыла собой почти весь кафель и несвежий коврик на полу. Еле сдержавшись, чтобы в сердцах не отпинать это барахло ногами через порог, я сгребла его вместе с ковриком и вынесла в коридор, где уже ждал огромный мусорный пакет.
Налет с крана смылся легко, а вот ржавые крапинки въелись намертво. Та же печальная история была и с длинным пятном. По-моему, многолетняя ржавчина проела эмаль уже до чугунной основы, и как-то исправить это подручными средствами было невозможно. Я сдалась.
В конце концов, не мешает же. Да и плоский кран просто нужно принять как данность. Можно же воспринимать его как ретро-смеситель, а не как уродливую деталь старых времен. Впрочем, он и не был несуразным или неказистым. Кран как кран. Всего лишь триггер, запускающий мой забытый детский страх неуправляемого оборудования. Того, с чем я не могла справиться. В прабабушкиной квартире тоже постоянно подтекал смеситель, нередко срывало кран или текла ржавая вода, а после того, как ее перекрывали на какое-то время, в трубах образовывались воздушные пробки. Когда потом я включала воду, плоский носик крана внезапно начинал трястись, с рычанием выплевывая темно-оранжевую жижу. Что-то сипело и ревело в трубах. Любой ребенок бы испугался до ужаса. А теперь-то что?! Я, между прочим, как-то в своей студии умудрилась самостоятельно кухонный смеситель поменять. Ну и намучилась я с ним, правда! Решила больше никогда не повторять таких подвигов. Но уж после этого мне уже точно смешно и глупо бояться старого крана.
Вот так рассуждая и уговаривая себя, я не заметила, как полностью отмыла небольшое помещение ванной и совершенно успокоилась. Оставалось на досуге вызвать мастера, чтобы устранил протечку. Когда я закончила «клининговые работы», на дворе уже стемнело. Предстоял последний и довольно тяжелый рывок — переезд, а затем можно было расслабиться и получать удовольствие. Решив заняться этим уже завтра, я окинула взглядом похорошевшую, посвежевшую квартирку, снова приоткрыла окна, впуская прохладный весенний воздух, и отправилась домой.
Полностью перетаскивать весь скарб во временное жилище я не стала. Во-первых, я еще не знала, как там приживусь, а во-вторых, пока не собиралась сдавать студию. Поклажи в итоге набралось совсем немного, и переезд прошел безболезненно. А если я что-то забыла, всегда можно было сбегать домой через железку на Королёв, двумя дугами прорезающую неширокую лесопосадку.
Как-то легко и быстро нашлось свое место для каждой из вещей. Я разложила и развесила одежду — в «Хельге» имелись полочки и несколько вешалок, — запихнула в старенький комод полотенца. Туда же отправила и постельное белье, сразу застелив широкую деревянную кровать своим любимым комплектом из нежного сатина с «огуречным» узором шоколадных оттенков. Ниша, в которой стояла кровать, сразу показалась на порядок уютнее. Продавленный диван у стены, украшенной традиционным ковром, как впоследствии выяснилось, вообще не раскладывался.
Я приютила на прикроватной тумбочке ноутбук, расставила в кухне посуду и бытовые приборы. Оглянуться не успела, как все коробки опустели и переехали на балкон к лыжам и старому ковру. Можно было начинать жить. Наступала самая приятная и захватывающая часть переезда — разведывательный поход по ближайшим магазинчикам и наполнение провизией полок в холодильнике. Я давно предвкушала этот момент, поэтому недолго думая отправилась за покупками.