— Правда, не знал. Про то, что дракон и истинная могут спасти друг другу жизнь — да, что дракон может частично передать магические способности истинной — да, но чтобы дракон избавил истинную от шрамов — нет, такого я не слышал. — Сев в кровати, всё тем же серьёзным тоном он продолжил: — Моя мать считалась истинной моего отца, подтверждением этого стало моё рождение, но мой отец весь был в шрамах. В молодости ему приходилось часто сражаться, оборонять государство от набегов соседей и монстров из других миров. И даже наличие истинной не избавило его от следов битв на коже, он так и умер с ними. Мать умерла следом за ним. Как выяснилось позже, и отец и мать были отравлены, и я, кстати, тоже. Я ушёл бы следом за родителями, если бы не рискнул и не обратился к ведьме за помощью. Она меня спасла и сделала защиту от ядов. Колдунья мне и предсказала, что я встречу свою истинную неожиданно, и чтобы ни в коем случае не упустил, потому как характер у неё строптивый, — горько усмехнулся, — до сих помню её слова “упустишь — погибнешь”. Вот я и искал тебя. А ты всё бегала и бегала.

Я тоже не смогла сдержать улыбки, вспомнив все мои злоключения.

— Ты сам виноват, напугал меня в первый день. Хотя — я тоже хороша: нагрубила, но это произошло по незнанию. Я ведь думала, что на корпоративе нахожусь и меня разыгрывают.

Брови Джералофа опять сдвинулись к переносице.

— На корпоративе?

— Потом расскажу, — улыбнулась я и мой взгляд задержался на стеклянном бутыльке с зелёной жидкостью, стоявшем на туалетном столике. Вчера его тут не было. — Что это?

Джералоф объяснил, что это — целительное зелье для меня. Он ещё вчера дал магам свою кровь и велел им создать волшебный эликсир, чтобы избавить меня от шрамов, но на это им требовалось время. Сегодня утром он понял, как сильно я переживаю из-за внешности, особенно когда увидел разбитое зеркало, и опять слетал к ведьме за помощью. К тому же он узнал от слуг, что я сижу в библиотеке, поедаю фрукты и листаю книги. Подумал, что это прекрасная возможность сделать мне сюрприз.

Когда вернулся в спальню уже с зельем, почувствовал укол в сердце: значит, мне опять угрожала смертельная опасность.

— То есть ты всегда чувствуешь, когда меня хотят убить?

— Всегда.

— Поэтому ты меня и в доме орка нашёл?

— Да.

— Но Дикториан говорил, что тебе помогала ведьма.

— Она смогла найти твой след, но он быстро потерялся. Братец тоже использовал магию, чтобы замести следы. Ведьма со временем и с этой проблемой справилась бы. Дикториан об этом знал, поэтому запаниковал и пришёл тебя убивать. Тем самым помог мне, сам того не понимая.

Немного подумав, я воспроизвела в памяти первый день нашего знакомства, тогда Дикториан намеревался убить меня впервые.

— И в первый день ты тоже почувствовал угрозу для меня? — уточнила я.

— Да. Именно тогда я и понял, что ты моя истинная.

Далее Джералоф объяснил, что мысли о моей истинности у него возникли сразу, как только я появилась в зале — вся такая дерзкая по поведению и внешнему виду (золотое платье никто из женщин не решился бы надеть, не будучи королевских кровей). Он сразу понял, что я иномирянка, и что название соседней страны я на карте прочитала.

Короля сбило с толку, что он ничего ко мне не почувствовал. Отец его учил, что дракон узнает свою истинную сразу и не будет сомневаться. А у него как раз возникли сомнения. Поэтому он и решил меня задержать, чтобы потом выяснить, истинная я или нет. А я взяла и сбежала.

Сначала он даже не особо расстроился — мол, сбежала и сбежала. Побегаю немного по дворцу и всё равно когда-нибудь попадусь. Раз я иномирянка, то деваться-то мне особо некуда. На улицу на лютый мороз точно не сунусь.

Он и подумать не мог, что меня перехватит его незаконнорожденный брат. У Дикториана, на удивление, чуйка сработала лучше.

Только когда Джералоф ощутил смертельную опасность для меня, увидел моё испуганное лицо, почувствовал мой страх — тогда до него дошло, что упустил истинную.

Он сразу собрался меня спасать, но… видение резко исчезло, как и предчувствия моей смерти. Король был в замешательстве, даже подумал, что ему показалось.

Джералоф продолжал мои поиски. Военные опросили всех слуг. Некоторые говорили, что видели меня, бегущую по коридорам дворца, но ни один работник кухни не сказал, что я забегала в подсобку. Скорей всего, мать Дикториана им пригрозила.

Несколько дней король ждал, что я появлюсь сама, до сих пор считая, что я всё же где-то отсиживалась во дворце. Испуганная мышка когда-нибудь проголодается и выйдет в поисках еды. Но шли дни, я не выходила, надежда снова увидеть меня у монарха таяла, как льдинка в горячей ладони. Тогда он во второй раз решился отправиться к ведьме.