Адель холодно хмыкнула. Вступать в диалог ей с ними не хотелось. Может, убить их? Приобретённая за жизнь в мире людей человечность в груди вскинула голову и сжала сердце. Пусть это всего лишь видение, ей не стоит даже думать о подобном. Каждая жизнь ценна и важна. Мужчины не получили её ответа, переглянулись и поспешили уйти.

Мальчишка посмотрел на неё большими чёрными глазами. Его трясло от страха и тревоги. Адель медленно вышла из воды и встала прямо перед ним. Он задрожал и зажмурился. Вот и скажите на милость, зачем ей это жалкое создание?

Очередной приступ головной боли заставил её поморщиться. Эти видения становились всё более невыносимыми. А что, если… Адель положила руку ему на голову. В неё потоком хлынули воспоминания мальчишки о любящих родителях, младшей сестре, решении деревни и пути сюда.

Сердце кольнуло. Она вздрогнула. Эта боль была нова, но так же неприятна. Она поняла, что не хочет больше ощущать её. Адель нащупала небольшую паутинку в сознании мальчика.

— Больше твоя жизнь не связана ни с кем, кого ты знал до этого, — произнесла она, разрывая связи.

Он охнул. Рога у него отпали, волосы, глаза, кожа и одежда побелели. Адель схватила последнюю ниточку и прикрепила её к своей, ощутив, наконец, облегчение, перелив часть своей силы в него. Мальчик схватился за голову и закричал.

— Эта боль не убьёт тебя. Ни сейчас, ни потом, Феликс. — Адель на секунду задумалась. — Думаю, связь со старым именем тоже не пойдёт на пользу. Я буду звать тебя Фил. Теперь мы оба будем жить здесь.

Она повернулась к озеру и увидела довольную улыбку собственного отражения. Ей стало не по себе.

— Взять его к себе стало одновременно отличным и отвратительным решением. Твоя боль уменьшилась, он стал твоим представителем в мире, но так и не смог понять и простить тебя, — произнесло оно.

Снег перестал идти, на берегу зацвели полевые цветы, им на смену пришла густая пышная зелень, а за ней — чёрная пустота осени. От таких перескоков у неё закружилась голова. Она зажмурилась, а когда открыла глаза, поняла, что теперь её заперли под водой. Она из прошлого сидела на камне, кидая в воду мелкие камешки. На её лице не отражалось ни одной эмоции. Рядом стояли какие-то разнообразные непонятные штуковины. Адель узнала блокнот, который недавно сгорел.

— Ты не сможешь ничего изменить, — сухо произнесла она на камне кому-то.

Из-за дерева вышел белоснежный юноша с таким же холодным и неприступным выражением лица. Она не сразу узнала в нём Фила.

— А я всё же попытаюсь, — уверенно сказал он.

— У меня плохое предчувствие. Эта девушка может стать началом нашего конца. Если, конечно, у конца вообще есть начало, — произнесла она.

Фил фыркнул. На секунду его лицо исказилось от презрения, но он быстро взял себя в руки.

— Ты никогда не думала о том, что способность видеть будущее дана тебе вовсе не для того, чтобы убивать кого вздумается? — спросил он.

— Мне плевать на чьи-либо жизни, так что и цели убивать кого-то конкретного у меня нет. Впрочем, признаюсь — этот мир прогнил насквозь. Скоро он сам себя уничтожит. Я здесь лишь для того, чтобы засвидетельствовать это, — ответила девушка.

Фил сжал руки в кулаки, а потом вдруг резко их расслабил, показывая, что сдался.

— Ты говоришь, что этот мир чудовищен. Да, он полон боли и несправедливости, но и хорошие вещи в нём тоже есть. То, что ты их не видишь, делает монстром лишь тебя, — спокойно сказал он и ушёл.

Девушка подтянула к себе ноги и посмотрела на неё под водой.

— Как считаешь, он прав? Я, действительно, чудовище, которое не должно было рождаться?

У неё в горле встал ком. Она не нашла, что ответить на подобный вопрос. Ей отчаянно хотелось верить во всё самое хорошее, но она не могла. Даже те немногие видения, что она увидела здесь, заставили её стать холоднее и отчуждённее. Девушка перед ней видела их годами. Удивительно, как только с ума не сошла.

— Почему не сошла? — девушка сухо и отрешённо рассмеялась.

Адель стало не по себе. Она вспомнила о том, что ей человеческие врачи диагностировали вполне реальную шизофрению, даже когда она не помнила ничего об этом.

— Фил влюблён, но что есть любовь? По мне так это простое желание обладать кем-то. Эта девушка точно умрёт, как я и увидела. Да и с этим миром, по-моему, пора заканчивать…

Внутрь неё проник леденящий холод. Она открыла рот, чтобы возразить, но не смогла вымолвить ни слова.

— Скоро его тени выйдут на свет и сожрут его. Начало не имеет конца. Конец не имеет начала. Так пусть всё застынет в нигде и никогда. Тогда мне, наконец, перестанет быть больно, — печально закончила девушка и кинула в воду камень.