Адель повернулась прямо к нему лицом. Вид у неё оказался уставшим и потрёпанным, но больше всего изменений произошло во взгляде. Он стал мрачным и каким-то обречённым. Его сердце сжалось ещё сильнее, начав гнать почти чистое раздражение по венам. Адель, впрочем, ничего из этого не видела и не чувствовала.

— Мне больше нечего сказать тебе. — Она щёлкнула пальцами, и его резко потащило назад.

Перед тем как окончательно утонуть в темноте, он обернулся и заметил вдалеке смутно знакомые ему каменные строения.

— Растус? — услышал он взволнованный голос Рена и открыл глаза.

На улице успело заметно стемнеть. Свет магических фонарей мягко отражался от воды в фонтане, а ветер стал ещё холоднее.

— Ты в порядке? — продолжил брат.

Он кивнул и почувствовал, что его тошнит. Подавил позыв и посмотрел прямо в зелёные глаза Рена.

— Прикажи слугам подготовить карету. Они в Шакрате, — процедил он.

Рен кинул на него ещё один взволнованный взгляд, что-то проворчал себе под нос и поспешил исполнить приказ. Растус, наконец, остался в полном одиночестве. Он положил голову на резную металлическую спинку лавочки и потер виски пальцами. К нему медленно, но верно возвращалась способность трезво мыслить.

— Да, такими темпами можно по-настоящему с ума сойти, — пробормотал он и посмотрел наверх.

Пара ярких звёзд приветливо ему мигнули. Надо разобраться с этой ситуацией как можно быстрее, иначе неизвестные и непонятные чувства просто сожрут его изнутри.

Адель немного истерично рассмеялась. На землю опустилась тишина ночи, даже ветер стих. Она шла по полю, вдыхая аромат полевых цветов, и, если бы не стойкое чувство, что за ней наблюдают, то почувствовала бы себя вполне комфортно.

С чего она вообще решила, что Растус может следить за ней без тела? Об этом кричала каждая клеточка её тела. Она неприязненно поморщилась, поняв, что её приказ на нём не сработал. Этот упрямый дракон ищет её и точно придёт в Шакрат, значит, надо поспешить.

Она подошла к неровному камню величиной вдвое больше неё и заметила лестницу, уводящую под землю. Не раздумывая, она ступила на неё, и тотчас свежий воздух в лёгких сменился запахом сырости и плесени. Лестница оказалась неровной, и ей пришлось приложить все усилия, чтобы не упасть. Вскоре свет луны погас, и она оказалась в полной темноте. С каждым шагом становилось всё холоднее. Адель почувствовала, как отяжелели ресницы из-за образовавшегося на них инея, но упрямо продолжила идти дальше.

Едва она ступила на каменную площадку, холод ушёл. Воздух стал совсем уж влажным и горячим. Её короткие чёрные волосы прилипли к шее. Она прошла ещё чуть вперёд и услышала звук падающих в воду капель.

— Ни черта не вижу, — пробурчала она и облокотилась на стену.

Пещеру неожиданно озарил голубой свет, показавшийся после темноты ослепительным. Адель прикрыла глаза, а когда смогла их открыть, поняла, что это светились каменные жилы. Она провела по ним пальцем, ощупав холодную и гладкую структуру. Они показались ей смутно знакомыми.

От очередной капли она вздрогнула и посмотрела в сторону небольшого озера, от которого вверх поднимался пар. Потом подошла к нему поближе и дотронулась до воды. Её будто током ударило.

— Горячо! — воскликнула она, начиная дуть на пострадавшие пальцы.

Атмосфера изменилась. Свет стал более приглушённым, сердце замедлило ход, а голова вдруг опустела. Будто зачарованная, она разделась и зашла в воду. Больше она не казалась ей горячей. Скорее стала приятно тёплой и убаюкивающей. Веки потяжелели. Она попыталась держать глаза открытыми, но проиграла.

Что-то очень холодное коснулось её щеки. Адель открыла глаза и осмотрелась. Она оказалась по пояс стоящей в воде уже знакомого ей озера. Сверху падали крупные снежинки. Они не успевали даже коснуться воды, тая от пара. Адель тяжело вздохнула. Она вдруг почувствовала себя глубоко несчастной. Голова раскалывалась на части. Почему все живые существа настолько глупы?

— Всё просто. Они глупы, потому что неестественны. Никто из них не должен был вообще рождаться. Только так мир бы смог оставаться в блаженном покое, — ответило ей отражение в воде.

Адель этому не удивилась. Она чувствовала полное единение с этим местом. Да и говорило отражение вполне здравые вещи. Войны закончатся только тогда, когда некому будет воевать.

Сзади зашуршали ветки. Она не шелохнулась. Из кустов появились дрожащие от страха существа с рогами, которых звали кане. Двое мужчин выволокли вперёд подростка и поклонились ей.

— О, великий дух озера, мы приносим тебе подарок и просим не тревожить нас, — произнёс один из мужчин, чуть не коснувшись рогами земли в поклоне.