Я чувствовала себя опустошенной, словно из меня выкачали всю жизненную энергию, оставив лишь пустую оболочку. Хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не чувствовать эту боль, разъедающую изнутри.

Я прошептала заклинание и щёлкнула пальцами высушивая нашу одежду.

Но холод не отступал. Он проник глубоко внутрь, заставляя дрожать не только тело, но и душу. Я знала, что этот поцелуй – это не просто случайность, не просто мимолетное влечение. Это было что-то большее. И это пугало меня до чертиков.

Ноги несли меня сами, не повинуясь воле разума. Я шла, не видя и не слыша ничего вокруг, погруженная в свои мысли и переживания. Мир вокруг перестал существовать, осталась лишь я и моя боль.

Я не могла понять, что мной двигало – страх или желание убежать от самой себя. Почему я убежала? Я должна была остаться, поговорить с ним, разобраться в своих чувствах. Но ноги несли меня прочь, словно преследуемые невидимой силой.

Мы молча пошли обратно, каждый погруженный в свои мысли. Пейзаж вокруг нас был красив, но я едва ли его замечала. Вся моя концентрация была направлена на то, чтобы не выдать своего волнения.

На Ирвена я старалась даже не смотреть, чтоб он не догадался о том, что я сейчас чувствую.

Добравшись до пещеры я принялась доставать еду, стараясь занять хоть чем-то дрожащие руки.

В пещере царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием костра.

Я механически раскладывала еду, чувствуя его взгляд на себе, но не могла заставить себя поднять глаза. Боялась увидеть в них то, что подтвердит мои опасения - сожаление, отвращение, или, что еще хуже, надежду…

Мы ели молча, каждый погруженный в свои мысли. Куски еды казались безвкусными, застревали в горле. Атмосфера сгущалась с каждой минутой, казалось, можно пощупать руками липкую пелену неловкости, окутавшую нас.

- Нам нужно поговорить, — наконец произнёс мужчина, — я не считаю, что то, что происходит между нами ошибка.

Я вздрогнула и резко вскочила на ноги.

Я знала, что этот разговор неизбежен, но надеялась оттянуть его как можно дольше. Боялась услышать то, что не хочу слышать, боялась признаться в том, в чем не хочу признаваться самой себе.

Отряхнула платье и отступила назад, готовясь к бегству.

Я не была сейчас готова к этому разговору.

Мне нужно было побыть одной, вдали от него.

Нужно было время, чтобы разобраться в своих чувствах, чтобы понять, что делать дальше

Но Ирвен не двигался, продолжая смотреть на меня с нечитаемым выражением лица. В его глазах больше не было ни смятения, ни нежности, лишь холодная, оценивающая отстраненность. И этот взгляд пугал меня больше всего.

- Думаю завтра мы уже сможем выбраться отсюда, — проговорила я Ирвену, — тех крох энергии, что я собрала, должно хватить на то, чтоб зарядить амулет.

- Значит последняя ночь наедине? - спросил он, не глядя на меня.

Я взглянула на него, вздрогнув от его слов. Двусмысленность повисла в воздухе, словно густой туман, окутывая нас обоих. Он все еще смотрел в огонь, и я не могла прочитать выражение его лица. Что он хотел этим сказать?

- Что ты имеешь в виду? - спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, без предательских ноток.

Он повернулся ко мне, и в отблесках пламени я увидела в его глазах грусть.

- Только то, что сказал, — ответил он, а потом добавил тихим голосом:

- Завтра все закончится.

Я отвела взгляд. Эти слова звучали как приговор. Я знала, что должна радоваться, ведь скоро мы будем свободны. Но в груди поселилась тоска, и я не могла понять, почему. Возможно, это страх перед неизвестностью. А может, дело было в Ирвене. В этом загадочном человеке, который так быстро стал мне дорог.

Мужчина поднялся и подошёл ко мне:

- Завтра мы уже не сможем быть просто Ирвеном и просто Аделиной, — сказал он с грустью, но у нас ещё есть эта ночь.

Я сглотнула ком в горле не в силах произнести не слова. Я смотрела ему в глаза и пыталась понять вложил ли он в эти слова тот смысл, что я в них уловила? Или я просто слышу то, что хочу слышать?

Его слова повисли в воздухе, словно невидимая нить, связывающая нас. Я знала, что он прав. Завтра мы вернемся в свои миры, к своим обязанностям и судьбам. А здесь, у костра, вдали от всего, мы могли быть просто двумя людьми, уставшими от лжи и борьбы.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Легкое прикосновение обожгло меня, словно искра. Я закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом близости. Мне хотелось остановить время, чтобы эта ночь длилась вечно.