— Доброе, Энид! — я сладко потянулась, нежась на мягкой пуховой перине. Вставать не хотелось категорически. Это утро действительно выдалось добрым: я отлично выспалась впервые за долгое время. Даже проснулась без будильника, хотя и понадобилось немного времени, чтобы сообразить, каким образом я оказалась на огромной кровати под балдахином, а не на своей двухспальной. Перебирая в памяти события прошедшего дня, не верила самой себе. Настолько всё было похоже на сказочный сон! Но моё обновлённое тело, а также антураж явно давали понять, что всё-таки не привиделось. И хотя пьяная выходка Адама, а также его отношение ко мне с самой первой минуты, как я появилась в замке, красноречиво говорили о том, что нужно держаться с ним настороже, я всё-таки надеялась с ним договориться. Всё-таки нам нужно будет как-то просуществовать вместе этот год. К тому же намёк мэтра Антверта, что мой будущий муж — неплохой человек, давал надежду на благоприятный исход дела.

А пока что стоило вникнуть в местные порядки. Ещё вчера меня неимоверно обрадовал, что мне выделили служанку. И не только по причине того, что она помогала мне с одеждой и какими-то бытовыми поручениями. В первую очередь для меня Энид была ценной в плане получения информации. Девушка многое знала о самом замке, его обитателях и, естественно, принятых правилах и традициях. Вот последнее меня интересовало сильно. Ещё когда мы шли на кухню, я зацепилась за упоминание о кухарке и её помощницах. Я думала, что на кухне роль повара выполняет мужчина, однако, как выяснилось, в этом мире имеет значение, в какой части живёшь. Даже не так — в каких климатических зонах расположено королевство.

Данверт, в котором оказалась я, охватывает достаточно большие территории, начиная от северных земель и заканчивая южными. Так исторически сложилось, что в северных землях численность мужского населения преобладает над женским, а на юге — наоборот. Соответственно, на большей части работ даже по дому у северян заняты мужчины, оставляя женскому полу только рукоделие и лёгкую уборку. Поэтому там готовят повара, шьют одежду портные, лечат лекари, за зелёными насаждениями вокруг дома ухаживают садовники и так далее. А на юге существуют кухарки, швеи, знахарки, садовницы и цветочницы… Исключение всегда, в какой бы части не проживаешь, составляют личные слуги. Они обязательно должны быть того же пола, что и тот или та, кому служат. В средней части Данверта обязанности распределяются уже по тому, как кто из господ решил или по умениям. Естественно, такое разделение касалось слуг. В домах простых жителей по-прежнему у очага стояла женщина, обшивала семью и занималась бытом тоже она.

Замок Адама располагался условно в «средней» части королевства, поэтому тут кого наняли на должность, тот, если соответствовал, её и занимал. Даже несмотря на то, что Адам большую часть времени проживал на севере, казалось бы, должен был привыкнуть к мужскому окружению, подбором персонала занимался смотритель замка, господин Рент, да-да, к нему было принято обращаться именно так, несмотря на происхождение. Поэтому на кухне господствовала кухарка, которой подчинялись помощники и помощницы, а также поварята обоих полов, а вот за садом ухаживал садовник со своими подручными.

Вроде ничего сложного и вполне понятно, но придётся как-то уложить всё в своей голове. Надо будет попросить Энид раздобыть бумагу и письменные принадлежности. Придётся смастерить себе что-то вроде ежедневника или записной книжки, чтобы пользоваться на первых порах в качестве шпаргалки.

Жаль, конечно, что Энид не особо в курсе, насчёт экономических нюансов этого мира. Максимум, что она смогла ответить на мои вопросы по поводу особенностей того или иного края, так это «на юге да, земли побогаче будут». В принципе, логично. Сказала лишь с такими вопросами лучше обратиться к милорду или его управляющему. Теперь бы ещё понять, к кому лучше, а главное — когда, сунуться с расспросами. Насчёт снабжения замка ответ был ещё проще: привозят. В конечном счёте список того, что мне необходимо будет разузнать, всё удлинялся и удлинялся. Тут к Энид никаких претензий: она же простая служанка. Но и рассказала всё-таки немало.

Я посмотрела, как Энид в очередной раз тащит два деревянных ведра с водой через все комнаты. Эти были, конечно, поменьше, чем те, с помощью которых она наполняла накануне большую лохань, выполняющую роль ванны, но всё-таки.

— Энид, а разве нет другого способа, чтобы отнести воду в гардеробную? Как-нибудь напрямую…

— Есть, госпожа. Просто той лестницей долгое время не пользовались, так как эти покои пустовали. Сегодня её расчистят, и я больше не буду тревожить вас, проходя через все комнаты.

Объяснять служанке, что я больше беспокоилась о том, что она случайно запнётся и врежется в камин, не стала. Просто не поймёт или решит, что я считаю её неуклюжей. Замечала не раз, как она моё желание помочь засчитывала на свой счёт, причём с отрицательным знаком. Всё-таки другой менталитет, другое воспитание. Тут лезть на рожон глупо. Приходится это учитывать и с этим считаться.

Кстати, гардеробная здесь — это не только место для хранения одежды или личных вещей, но и ванная. То есть, часть помещения занимала та самая лохань, а ещё столик, на котором стоял таз для умывания. Вот несомненным плюсом оказалось, что средневековых предубеждений насчёт мытья не существовало. Каждый сам для себя определял количество и частоту гигиенических процедур. Правда, Энид упомянула, что северяне моются реже, а южане чаще — из-за климата. Это мне тоже было понятно.