Я послушно зажмурилась, а затем постаралась расслабиться. Не знаю, что конкретно он делал, лишь ощущала едва заметные прикосновения к затылку, потом к переносице. Вот только немного было неприятно было чувствовать небольшое давление через веки.

— Можете открыть глаза, Эмилия.

Вроде ничего сложного в этом действии не было, но как же страшно! Я медленно поднимала веки, ставшие словно чугунными, чувствуя себя гоголевским Вием, разве что приходилось это делать самой и без помощи вил. Несколько раз моргнув, посмотрела на довольного мэтра Антверта, а затем перевела взгляд на замершую в ожидании дальнейших указаний Энид. Я видела её! Без очков! Более того мне удалось рассмотреть даже шкаф в тёмном углу, а не просто неясное пятно!

У меня даже слова застряли внутри, а к горлу подкатил ком.

— Чуть не забыл. Мне всё-таки кое-что понадобится. Большая миска или таз. Ведро тоже подойдёт.

Я кивнула Энид, подтверждая просьбу мэтра Антверта.

Сам он встал с кресла и подал мне руку:

— Приступим ко второй части?

— Кстати, к слугам принято обращаться на «ты», — заметил мэтр Антверт, когда я с его помощью взобралась на стол. Благо Энид сообразила приставить скамеечку, когда принесла из гардеробной таз, предназначенный для умывания.

Я лишь улыбнулась в ответ:

— Считайте это блажью женщины.

— Красивой женщины.

— И вы снова мне льстите. Сомневаюсь, что вписываюсь в местные каноны понятия о красоте.

— Я лишь говорю то, что вижу… — усмехнулся мэтр Антверт. — Можете прикрыть глаза, если хотите. Боли не будет, обещаю. Но времени мне понадобится гораздо больше, чем ушло на то, чтобы поправить ваше зрение.

Я улеглась на стол и снова попробовала расслабиться. Представать перед врачами в чём мать родила давно привыкла, но облик мэтра Антверта упорно не ассоциировался с ними. Хотя он даже не вздрогнул и не отвёл взгляд, когда Энид сняла с меня ночную сорочку. По телу прокатилась лёгкая волна тепла, а затем в некоторых местах начало ощущаться лёгкое покалывание, немного похожее на то, какое бывает, когда отлежишь руку или ногу. Периодически раздавался звук брошенных в таз металлических предметов. Мда… Киборг из меня ещё тот. Я даже смеялась над собой, когда мне впервые разрешили покинуть стены больницы, чтобы прогуляться во внутреннем дворике, что тепло не из-за майского солнышка, а оттого, что металл внутри меня нагрелся.

Периодически мэтр Антверт обходил стол, чтобы оказаться ближе к той или иной части моего тела. Я только слышала его тихие шаги и как падают в таз многочисленные винты, спицы, пластины… По привычке ожидала боли, но её не было. Наоборот, с каждым новым извлечённым из меня предметом появлялось ощущение лёгкости, которое всё увеличивалось. В какой-то момент даже почувствовала себя парящим облачком, настолько невесомой самой себе казалась. Иногда на животе или на бедре правой ноги появлялось лёгкое давление, а затем исчезало. В принципе, вполне закономерно, ведь именно эти части тела пострадали больше всего, несмотря на то, что удар тем злополучным щитом пришёлся на спину. Я просто тогда неудачно приземлилась на расколотые глыбы льда и осколки сосулек, не убранные дворниками. Поэтому и возникло такое обширное внутреннее кровотечение.

Чуть ниже пупка настолько резко стало горячо, чтобы меня даже вернуло из воспоминаний в реальность. Но я и поморщиться не успела, как неприятные ощущения пропали. Вернее, тепло сохранилось, но не было жжения. А потом и вовсе словно очутилась в тёплой воде. По телу прошлось несколько приятных, практически убаюкавших меня, воздушных волн. Мне было настолько хорошо, что я даже не сразу обратила внимание, как лязганье и звон металла прекратились. Неужели мэтр Антверт сумел достать из меня все имплантанты?! Я более-менее примирилась с мыслью, что оказалась в другом мире, но вот магия оставалась просто чудом. Неудивительно, что услуги магов так дорого стоят, учитывая, что магии осталось не так много. Страшно даже представить, во что обошлись услуги мэтра Антверта Адаму, если он упомянул невозможность воспользоваться его услугами, запроси он второй ритуал по перемещению.

— Я закончил, Эмилия. К сожалению, на окончательное восстановление понадобится немного больше времени, чем обычно, но…

Моё сердце пропустило удар. Сразу же вспомнились долгие месяцы неподвижности на больничной койке.

— … но можете вставать, только без резких движений.

Тут я окончательно растерялась. В каком смысле «вставать»?!

— Не хотел вас напугать Эмилия. Просто исходя из практических наблюдений, обычно хватает пару часов, чтобы вернуться к привычному образу жизни. Но в вашем случае я бы попросил поберечь себя до утра от резких движений и чрезмерных нагрузок. К тому же сейчас ночь, время сна. А он, как известно, лучший целитель. Собственно, именно по этой причине я ждал, когда вы закончите все свои дела, освежитесь и приготовитесь ко сну.