А вот Ильд и впрямь оказался непрост. В нем обнаружилось столько всего! Ярче прочего ощущался жгучий огонь постоянной внутренней борьбы. Он вспыхивал сильнее, окрашиваясь гневом, когда речь заходила о стычках с талардами. И тут что-то личное, какая-то болезненная потеря… Таларды убили кого-то из родных даргедийца? Так или иначе, не было сомнений в том, что он считал их врагами. К советникам и министрам — отношение нейтральное. Разве что к генералу Фалману он испытывал искреннее уважение, и это определенно было взаимно.

Но самое интересное таилось в его эмоциях к Вилу.

Никакого раболепия или хотя бы благоговейного почтения. Всякий раз при взгляде на короля Ильда разрывали противоречия. То холодная ярость, то проблеск одобрения; то неприятие до озлобленности, то живейшее любопытство и стремление… оценить? раскусить?

Превзойти?

Понаблюдав за ним чуть дольше, Ялла сделала вывод: гессардиец полон желания урезонить талардов, но тактика Вилиана ему чем-то не нравилась. Поэтому, улучив момент, решила спросить начистоту:

— Дейр Ильд, вас что-то беспокоит в плане его величества?

За столом воцарилась мертвая тишина. Арен Ильд повернулся к Ялле, ощупал изучающим взглядом и ответил так же прямо:

— План сам по себе хорош. Но у меня сложилось впечатление, что вы недооцениваете Рахана Кабира.

Она столь явственно ощутила волну гнева, зародившуюся в душе брата, что поспешила заговорить снова, пока этой волной не снесло всех присутствующих.

— Что вы имеете в виду, дейр Ильд? Вы боитесь короля Талардага? Или вы из тех, кто желает сидеть и ждать, пока таларды нападут на нас снова?

В ее голосе намеренно прозвучала насмешка: Вилу это точно должно понравиться.

И ведь сработало.

Вилиан медленно выдохнул, будто из него слегка стравили пар, и выжидающе уставился на Ильда.

А тому хоть бы хны. Расслабленно откинулся на спинку кресла и ответил с ехидным прищуром:

— А вам приходилось воевать с талардами, принцесса?

Ялла вызов приняла и ответила с милой улыбкой:

— Мне — нет. Но моему отцу приходилось.

— Наслышан, — усмехнулся Ильд. — За двадцать с лишним лет — три войны с Талардагом, и ни в одной из них не было явного победителя.

Беспощадная правда. Третья война с Талардагом стоила отцу жизни, однако и Рахан Кабир вынужден был отступить. Ялла гордо вскинула подбородок, готовая встать на защиту отцовской чести.

— В первой войне король Гелин не учел сложностей приграничного рельефа. Во второй — недостаточно хорошо рассчитал силы, ударив лишь с двух сторон. И все же тогда Талардаг понес ощутимые потери, помимо гибели наследного принца. Третья война показала: Рахан Кабир, занявший трон после смерти деда, сильный и умелый воин, но склонен к необдуманным поступкам. Король Вилиан намерен это использовать.

Взгляд Арена Ильда медленно сполз к корсажу ее платья. И был так выразителен, что Ялла с трудом подавила порыв посмотреть вниз и проверить, ничего ли там не расстегнулось.

— Не знал, что вальханок обучают военной стратегии.

— Я полукровка, — зачем-то сказала она, надеясь, что больше никто не заметил этот взгляд. И с улыбкой приврала: — Но вы правы, я ни капли не смыслю в стратегии. Однако даже такой невежде, как я, очевидно: если князь Ньереда предоставит войска, а сигадорский принц обеспечит проход кораблям и пехоте через свои территории, Талардаг будет зажат в тиски, из которых ему не выбраться.

— Если.

Яллу бросило в жар: взгляд даргедийца, как и хлынувшие от него эмоции, стал совершенно недвусмысленным. Та самая мужская плотская тяга, которая достигла прямиком своей цели: женского нутра. Такого откровенного, дерзкого, жадного желания Ялла не ощущала еще ни от кого. Это сбило ориентиры, из хладнокровного наблюдателя она в один миг превратилась в добычу.

И самое страшное — ее потянуло к нему, будто бабочку к огню.

Арен Ильд снисходительно скалился, наблюдая за ней. Словно видел насквозь, так же как и она его.

Ялла сомкнула пылающие губы и наглухо закрылась, отрезая себя от влияния чужих бесстыдных эмоций. Но пока она собиралась с мыслями и мешкала с ответом, ее, увы, опередил Вилиан:

— Что должно означать это твое «если», даргедиец?

Арен перевел на короля невозмутимый взгляд.

— В этом плане вы слишком полагаетесь на Сигадор.

— Сигадор — наш союзник.

— Вы уверены, ваше величество? Пакт о содружестве с Гелином Акотали подписал еще старый король. Но принц Фараз Дхор отстранил деда от власти и ведет собственную политику. Что, если он замешан в двойной игре?

— Что за бред? — раздраженно рявкнул Вилиан. — У тебя есть доказательства?

— Прямых — нет, — нехотя признал Ильд. — Но я делился с генералом Фалманом своими подозрениями…

— Подозрениями? — передразнил его Вил, скорчив гримасу. — Я не потерплю, чтобы нашего союзника и будущего родича обвиняли беспочвенно. Принц Дхор предложил нам неоценимую помощь в этой кампании. И доказал свои намерения, попросив руки принцессы Яллы.

Под скульптурной скулой Ильда дернулся желвак.

— Вы могли бы подыскать принцессе более достойного жениха.