Риймонс смерил юношу презрительным взглядом.

– Да кто ты такой, чтобы я тебе что-то доказывал? – фыркнул он.

– Я так и знал, – хмыкнул Бенвор. – Ты не можешь. Ты не волшебник, ты мошенник, поразивший воображение Альберонта красивыми фокусами.

Улыбка Риймонса померкла.

– Не говори о том, чего не знаешь, мальчишка. Тебя еще на свете не было, когда я благодаря своему мастерству стал здесь полноправным хозяином. И я останусь им, когда тебя уже не будет.

– Мошенничество – тоже в своем роде мастерство, – заявил Бенвор. – А магии не существует.

– Да ну? – прищурился Риймонс и указал рукой на стол. – А чем же тогда, по-твоему, я занимаюсь?

– Мне повторить или ты расслышал с первого раза? – ответил Олквин.

Вопреки его ожиданиям колдун не разозлился.

– Просто смешно, – пробормотал он, наконец-то открыв один из ящичков. – Мое тонкое мастерство ставит под сомнение какой-то полуграмотный офицер. Хотя нет, ты ведь воспитывался в обители Кампа… Разве там не учили проявлять почтение к старшим?

– К старшим – учили, – легко согласился Бенвор. – К мошенникам – нет.

– Тебе не удастся вывести меня из себя, – невозмутимо проговорил Риймонс, извлекая из ящичка странный сосуд. Сквозь прозрачные, как тонкий лед, стенки было видно, как на донышке плещется темная жидкость.

– Значит, магии нет… – посмотрев сквозь сосуд на свет, произнес колдун. – Ладно. Что же тогда есть?

– Есть законы природы, – припомнил Бенвор слова Джелайны. – И люди, использующие их в своих интересах.

Впервые за все время Риймонс взглянул на капитана с заметным любопытством.

– Никак в Кампа заправляет новый настоятель? Давно ли там начали учить хоть чему-то вразумительному?

Олквин промолчал, да от него и не ждали ответа.

– Ну, допустим, – неожиданно оживился колдун, – что магии и в самом деле нет. Но ведь до вас тоже дошла молва о моем мастерстве. Возможно ли много лет дурачить столько людей одними лишь фокусами, как считаешь?

– Надо же, тебя интересует мое мнение? – усмехнулся Бенвор.

Риймонс на секунду поджал губы и отвернулся.

– Не интересует, – сухо бросил он. – Вопрос был риторическим.

Колдун неторопливо раскладывал на столе какие-то мелкие предметы и странного вида инструменты из второго ящика. Поначалу он казался целиком поглощенным своим занятием, но потом стало ясно, о чем он продолжал думать.

– Значит, ты не боишься магии? – отрывисто спросил он, покосившись на капитана.

– Я никогда с ней не сталкивался, – напряженно наблюдая за непонятными приготовлениями, ответил Бенвор. – Зато много раз видел, как люди причиняют друг другу вред вполне материальными способами. И если некоторые из этих способов мне пока незнакомы, это еще не значит, что они имеют сверхъестественную природу.

Риймонс повернул голову, внимательно слушая юношу.

– Пока? – удивленно выделил он.

Олквин окинул взглядом содержимое стола и вздохнул.

– Похоже, что я вот-вот узнаю нечто принципиально новое.

Колдун медленно подошел к нему.

– Ты действительно не боишься?

– Не боится только тот, кто ни о чем не подозревает, – возразил Бенвор. – Я не знаю, что ты задумал, но уверен – мне это не понравится.

Риймонс надолго задумался. Потом сверкнул на капитана единственным глазом и спросил:

– Почему Майрон изгнал тебя? Чем ты ему не угодил?

– Никто меня не изгонял, – тут же ответил юноша. – Я сопровождал брата.

Колдун досадливо поморщился.

– Так я и поверил. Небось Одиллу опять поймали с задранным подолом? Да? Не отворачивайся, меня не обманешь. Не ты первый…

Он прошелся туда-сюда, открыл дверь и выглянул в коридор. У капитана возникло ощущение, что колдун проверяет, не подслушивает ли кто. И тут Риймонс заявил:

– Ты хочешь сохранить свою жизнь?

– Странный вопрос, – осторожно проронил Бенвор. – Кто же в здравом уме желает смерти?

– За последние несколько лет, – вполголоса произнес Риймонс, – мне впервые попадается в меру толковый молодой человек. И, как назло, из вражеского лагеря. Тебя изгнали из Хорверолла – молчи, раз я говорю, значит, так оно и есть. Вернуться уже не получится. Даже если я отпущу вас с братом, Майрон все равно обвинит выживших в измене. Я хорошо его знаю.