Мулин принялся хвастливо рассказывать мне, какой чудесный торт он придумал для императора. Что он будет самым огромным в истории империи. Двадцать ярусов, и на каждом из них — настоящее произведение искусства.

Чем дольше я слушала, тем быстрее плясали мысли в моей голове. А что, если…

— Десять минут прошло, — дверь резко распахнулась, и в гостиную вошёл Даррен.— Аудиенция окончена. Проваливай, груфлин.

Мулин осмелел.

— Поздно, Ройс. Шарлин только что согласилась стать моей женой, поэтому мы уходим с ней вдвоем.

Я поморщилась.

Ой, зря он это сказал.

Ой, как зря.

В глазах Даррена тут же вспыхнул лиловый огонек.

— И потом не говорите, что я не пытался, — губы Даррена тронула недобрая усмешка.

Прежде, чем я успела что-либо сказать, гостиную озарила яркая лиловая вспышка магии и… Мулина как ветром сдуло.

За моей спиной раздался звон разбитого стекла.

Я испуганно оглянулась и уставилась на огромное окно гостиной. Рядом валялись осколки, а в самом стекле зияла огромная дыра.

— Ты спятил?! — вскрикнула я и помчалась к разбитому окну.

— Он сам напросился, — протянул спокойно Даррен.

— С его помощью мы могли бы пробраться во дворец!

— Шутишь?

— Нет! Точнее он мог помочь нам, пока ты не превратился в дикаря! Ты ведь его прикончил!

Мулин лежал на лужайке, уткнувшись носом в землю. На какой-то момент мне показалось, что он мертв, но… Мулин вдруг громко простонал и приподнял голову.

— Шарлинка, это не отменяет мою любовь! Я все равно весь твой!

Не успела я с облегчением вздохнуть, как у меня снова перехватило дыхание.

Даррен вышел на улицу. И он шагал прямо к Мулину.

— Ты весь мой, — он рывком поднял его с земли и поволок обратно в дом.

Когда мой зеленоглазый демон возмездия снова втянул груфлина в гостиную, было видно, что смелости у того поубавилось.

На круглом чумазом лице застыл испуг.

Даррен силком усадил Мулина в кресло и удерживал его там, пока тот не перестал брыкаться.

— Отойди от него, — попросила я, понимая, что паника Мулина вызвана присутствием рядом сильного противника.

Даррен нехотя, но все же отступил. Прислонился к стене и сложил руки на груди, словно намекая, что отдает ситуацию под мой контроль.

Я подобралась к Мулину и присела рядом с ним на корточки.

— Мулин, — я осторожно коснулась его предплечья. — Мне жаль, что так вышло.

— Ты должна от него сбежать, — прошептал испуганно мой сумасшедший кавалер. — Он ведь монстр! Дикарь!

— Если ты действительно хочешь мне помочь, Мулин, забудь о серенадах и о монстрах. Мне нужна твоя голова.

Он моргнул, не понимая.

— Голова?

— В смысле мозги и талант, — пояснила я, стараясь не улыбнуться. — Скажи, я могу тебе доверять?

Его губы задрожали. Он кивнул, но взгляд его метнулся в сторону Даррена.

— Я сделаю все ради тебя, моя булочка, — прошептал он так тихо, что я едва его расслышала.

— Тогда скажи, а в твой торт могли бы поместиться несколько человек? Насколько он огромен?

— Люди? Внутри моего торта?!

— Да. Видишь ли, нам очень надо пробраться во дворец. Незаметно, — добавила я чуть тише. — Это дело жизни и смерти. Если ты не поможешь мне — я могу умереть. Спасти меня можешь только ты.

Мулин посмотрел мне в глаза, и в его взгляде скользнула неуверенность. Словно он решал, кто ему важнее: его кремовое произведение искусства или все же я.

— Но как я это сделаю? — поинтересовался он шепотом.

— Ты же талантливый. Неужели ты не придумаешь, как нас спрятать?

— Вас? — он вновь бегло взглянул на Даррена. — С ним?

— Да. И ещё кролик.

— Я?! — Флинн, до этого сидевший мирно под софой, выполз наружу. Но я тут же задвинула его обратно.

— Помоги мне, Мулин. Прошу тебя…

Я обхватила его ладони и с мольбой заглянула в его глаза. Он смотрел на меня несколько секунд, а потом склонился к самому уху.

— Я сделаю это. Но в благодарность за твое спасение я прошу поцелуй.

Он отодвинулся назад, и его мясистые губы растянулись в лёгкой улыбке. Он вскинул бровь, словно спрашивая “ты согласна?”.

Я мысленно содрогнулась, но… все же утвердительно кивнула.

— Я сделаю это, — оживился мой кавалер.— Этот заказ будет ещё интереснее! Никто и никогда не догадается, что под слоями воздушного крема кто-то прячется! — к Мулину вернулась былая смелость, и он заметно расслабился.

Правда до тех пор, пока Даррен не отошёл от стены. Как только он шагнул ближе, Мулин едва не подпрыгнул в кресле.

— И ещё… Никто не должен об этом знать, — добавила я.

— Никто не узнает, — холодно произнес Даррен, остановившись рядом с Мулином.— Ведь если он пикнет кому-то хоть слово — я вырву ему язык. И тогда больше не будет ни одной серенады под моим окном. Ясно?