— Меня тошнит… Меня сейчас вывернет. Это всё ты виновата, певичка проклятая.

— Потерпи, пушистик, — я подхватила Флинна на руки.

Перевести дыхание я смогла только тогда, когда машина сорвалась с места, увозя нас из эльфийских кварталов.

— Каллас, срочно к песчаным ведьмам! — скомандовал Даррен.

— Что стряслось? — встревожился Тэриан.

— Они пронюхали про Норриса. Игра начнется раньше, чем я рассчитывал.

Тэриан тихо выругался.

Я молча прижала к себе Флинна и посмотрела на встревоженное лицо Даррена.

— Дело — дрянь, — заключил здоровяк. — Даррен, ты ведь не оставил его одного, когда помчался сюда?

Даррен промолчал, уставившись в окно.

Тэриан понял всё без слов. Он метнул в меня злобный взгляд, словно я была причиной всех бед и, откинувшись на сиденье, прошипел:

— Твою мать…

Глава 29.

Как только мы покинули залитую солнечным светом часть города и въехали в Тёмные кварталы, я прилипла к окошку.

Теперь я понимала, почему это место получило такое название.

Пока в остальной части города можно было наблюдать чистое голубое небо и ощущать тепло солнечных лучей, над кварталами, словно щит, висели плотные грозовые тучи. От этого днём всё здесь казалось серым и унылым, как в тюрьме.

Я с интересом разглядывала необычных жителей кварталов: призраков или скитальцев, как их назвал Даррен, петляющих по улицам даже при свете дня.

— А это порченные маги, — тихо пояснил Флинн, указывая лапой на прохожего с огромным чёрным пятном на лице и обожжёнными руками. — Те, кто потерял свои силы.

— А это кто? — я указала на тёмную дымку, что отделилась от стены и начала медленно принимать человеческие очертания.

— Это тени. Малочисленная раса. Их в Империи не очень жалуют. Говорят, что они и не люди вовсе. Так… существа, состоящие из тьмы, которые любят выдавать себя за людей.

Чем глубже мы продвигались в кварталы, тем более разношерстными становились жители. Но они не вызывали у меня страха, скорее интерес или жалость. Внешность их была странной и разной: узоры на коже, необычные глаза, маски на лицах, различные увечья.

— Многих из них наказал император, а некоторых — и сам Даррен, — чуть громче сказал Флинн, глянув на него с осуждением.

Я осторожно покосилась на Даррена и… мы встретились взглядами.

Он смотрел на меня внимательно и вызывающе, словно пытался считать мою реакцию на слова Флинна.

Осуждала ли я его? Скорее, нет. Таковы были условия договора, заключённого с императором. Теперь я об этом знала. В отличие от Флинна.

— Они были заговорщиками? — спросила я негромко.

Даррен кивнул и вновь отвернулся к окну.

— Они могли нарушить мои планы, — добавил он через мгновение. — Я не мог этого позволить.

— Но разве они согласятся тебе помочь после всего, что ты сделал? Или ты не собираешься заручаться поддержкой своих людей?

— Когда они узнают истинную причину — всё останется в прошлом.

— А если нет?

Даррен снова посмотрел мне в глаза.

— Да. Жители этих кварталов хотят свободы. Намного больше, чем ты думаешь.

Машина остановилась, и Даррен резко выскочил наружу. Когда Тэриан поспешил за ним, я тоже не стала отставать. Схватила Флинна на руки и двинулась следом.

Мы свернули в узкий переулочек с нависшими друг на друга крышами. В воздухе застыл запах паленой травы и кедра.

Я не могла не обратить внимание на то, как реагируют жители на появление Даррена. Они отворачивались, опускали головы и старались побыстрее скрыться в своих домах. Словно страшились встретиться с ним взглядом.

Неужели они его боятся?

Наконец Даррен оказался перед невзрачной широкой дверью. Постучал определенным ритмом — и она мгновенно распахнулась.

Когда он скрылся в доме, я тут же поспешила следом, чувствуя на себе любопытные взгляды здешних обитателей. Уж очень мне не хотелось оставаться в их компании.

Внутри царил полумрак. Повсюду горели свечи. Сильно пахло травами, серой и… кровью. На потолке висели связки засушенных цветов и различные амулеты из костей. На столе был рассыпан белый чистый песок. Пол устилали ковры с изображением рунических кругов.

Из соседней комнаты выбежала босоногая молодая женщина в длинном светло-коричневом одеянии.

— Даррен! — её голос прозвучал взволнованно, и она бросилась к нему.— Беда!

Я уставилась на нее, как на видение, изучая необычную внешность. На вид ей было лет двадцать семь. Смуглая кожа, нежные черты лица, длинные темные волосы, заплетенные в тугие косы, желтые яркие глаза, как у кошки, а на лбу, запястьях и щиколотках — черные рисунки рун.

Она рыдала у него на плече, прижимаясь к нему так, словно искала защиты.