Вместо того чтобы просто пойти дальше, я на самом деле упала без чувств. Раз — и все, словно это какая-то игра. Как будто тряпочная кукла, которой отрезали все удерживающие ее нитки.

После же начался настоящий хаос. Сотрудники поняли, что что-то произошло, вывели всех «смельчаков», завершив их веселье, вызвали полицию и скорую помощь. Но, к сожалению, мне помочь уже не смогли. Я была мертва. Остановка сердца.

Точно сторонний наблюдатель я видела происходящее, чувствуя, как внутри все буквально горит от осознания. Я умерла. На самом деле, умерла!

Позже появились мои родители, сестра, которых срочно позвали мои коллеги. Послышались крики, плач, мне все труднее становилось находиться в этом странном прошлом, словно неведомая сила тянула меня куда-то, не давая погрузиться в пучину отчаяния.

— Увидела? — услышала я тихий, невнятный вопрос ведьмы.

— Да, — выдохнула приглушенно, а после сгорбилась на стуле, чувствуя себя совершенно потерянной.

Все, за что я в это время так упорно цеплялась, распалось, словно пыль. Осталось только одно желание — облегчить жизнь родным своей весточкой из другого мира. Но что будет дальше, когда получится осуществить и это? Как жить мне? Смогу ли я найти здесь что-то свое, чтобы принять этот мир? И, в конце концов, почему я здесь оказалась? Это чей-то хитрый план или просто мой шанс начать все заново?

— Если хочешь, твои воспоминания могут стать платой за весточку родным, — прозвучал в тишине неожиданно громкий голос ведьмы, словно гром среди ясного неба, рассекая остатки моего хрупкого самообладания.

Я вздрогнула. Сердце в груди бешено забилось, а пальцы непроизвольно сжали край диковинного стула. На секунду мне даже показалось, что я ослышалась. Но если забрать мои воспоминания — разве это еще буду я? И всё же не сообщить родителям, что я жива, пусть и в другом мире, — это жестоко. Они будут страдать до последнего дня, не зная, что со мной все хорошо.

— Какие воспоминания? — прошептала тихо, желая понять, насколько все серьезно. — Все?

— Нет, — она качнула головой, и в воздухе заструился легкий, успокаивающий запах лаванды. — Только одно. Но самое дорогое. То, что держит тебя в прошлом.

Я не ответила. Просто сидела и молча смотрела на неё, пытаясь совладать со своими мыслями. И стоило мне только задуматься, как перед глазами закружились образы: сестра, смеющаяся на кухне, папа, читающий книжку в старом кресле, мамины разговоры и руки, заплетающие мне косу перед нашим праздничным ужином. Тогда мы праздновали мое пятнадцатилетие, и я получила самый долгожданный подарок — собаку. Я мечтала о маленьком четвероногом друге слишком долго, с самого детства, и этот день навсегда врезался в память. Было так весело, тепло и спокойно. Рядом — родители, сестра, а в воздухе витает аромат простого, неподдельного счастья.

— Если ты отпустишь, — ведьма говорила мягко, но твердо, — они обретут покой, а ты — освобождение. Я погружу тебя в транс, ты сможешь увидеться с ними. После вашего разговора, они отпустят тебя и обретут покой. Больше не будет слез и страданий.

— Это больно? — сглотнув, уточнила я тихо. — Хотя… неважно. Я согласна.

Ведьма права, за все нужно платить. И это, если так подумать, не такая уж высокая цена. Во всяком случае, это воспоминание заменит другое, не менее дорогое моему сердцу. Я же не в пять лет попала в другой мир, а в тридцать. У меня вагон воспоминаний — надолго хватит. И я буду бережно их хранить.

— Готова?

Кивнув, не решаясь произнести ни слова, я смотрела, как ведьма подошла ближе. Она протянула руки, коснулась моих висков — пальцы были холодными, как лёд, и в то же время мягкими, как перышки. Мир вокруг завибрировал, качнулся и погрузился в темноту.

Не совсем понимая, где нахожусь, я оглянулась по сторонам. Это была странная поляна с пожелтевшей травой. Над головой нависало тяжёлое небо, как перед грозой. Холодный ветер пронизывал до костей, а в груди росло чувство безысходности. Стараясь не паниковать, я мысленно себя успокаивала, после чего увидела родителей и сестру. Они сидели у обрыва, будто в любую минуту были готовы шагнуть в пропасть.

Перестав дышать, почувствовав, как внутренности обожгло огнем, я рванула вперед. Мне казалось, что я задыхаюсь, время застыло, картинки перед глазами поблекли. Крик вырвался из груди сам собой, нарушая мёртвую тишину.

— Кира… тебе больно? — мама смотрела на меня сквозь слёзы.

— Мне… больно, — призналась откровенно, не в силах соврать. — Больно от мысли, что я оставила вас. Но, мама, со мной всё хорошо. Я в другом мире. Я не умерла.