— Никогда, — подтвердил я.

— Тронет кто — сначала с нами пусть попробует справиться, — холодно бросил Люциус.

Кира улыбнулась.

— Это хорошо. Тем более, Лаилин будет расти рядом с Диланом, а он точно не даст сестру в обиду, — уверенно выдохнула она, словно уже видела перед собой светлое будущее наших детей.

Маэль, заметив нашу решимость, сказал лишь пару слов о том, как ухаживать за детьми и Кирой, и тихо удалился. А мы наконец смогли выдохнуть — и просто побыть вместе.

Я первым взял на руки Дилана — маленького, тёплого, удивительно родного. Он был похож на каждого из нас понемногу, как будто вобрал в себя всё лучшее. Потом нежно прижал к себе Лаилин — крошку, которая показалась мне точной копией Киры.

Конечно, пока они слишком малы, чтобы разглядеть черты лица. Но ощущения, которые пришли в тот момент, невозможно было описать. Они рождались где-то глубоко внутри, на уровне инстинктов. Там, где слова уже не нужны.

Пока я отвлекался на детей, Люциус и Андриан успели поцеловать и поблагодарить нашу жену за самый бесценный дар. Судя по их взглядам, они чувствовали то же, что и я.

Безмерную любовь. К детям. К Кире.

Они уже стали центром нашей Вселенной. Нашим смыслом, нашей опорой, нашей движущей силой.

— Я немного посплю, — прошептала Кира устало. — А вы…

Договорить она не успела — уснула прямо на последних словах. Но и не нужно было — мы знали, что она хотела сказать. С этого момента начинался наш новый путь — путь родителей. Теперь мы отвечали не только за себя, но и за них.

— Нужно дать раствор Дилану, — серьёзно проговорил Андриан.

— И Лаилин покормить, — добавил я вполголоса. — А… что вообще едят человеческие младенцы?

— Разве их не кормят грудью? — задумчиво уточнил Люциус.

Мы замерли на секунду, а потом синхронно перевели взгляд на Киру.

Наши малыши, по традиции, сначала получали специальный раствор, а затем — кровь матери или купленную, если нужно. Но сама мысль о том, что мы сможем увидеть, как Кира кормит Лаилин грудью…. Это будило внутри что-то странное, нежное и трепетное.

— Я попрошу Себастьяна найти справочник, — хрипло сказал Андриан.

— Я найду Маэля. Пусть объяснит всё как следует, — добавил Люциус.

— А я пока покормлю Дилана, — кивнул я, чувствуя всем существом: жизнь только начинается.

И это было по-настоящему невероятное чувство.

Прошло десять лет.

Дом стал больше. Уютнее. Живее. Всё в нём было пронизано жизнью, смехом, лёгким хаосом и бесконечной любовью. Дети подросли — уже не те крошки, которые только-только учились ходить. Но всё равно оставались шумными, неугомонными, вечно спорящими, бегущими, падающими, смеющимися.

Дилан вырос крепким мальчишкой с серьёзным взглядом и врождённой тягой к защите. Он часто брал на себя больше, чем должен был по возрасту, и уже начал вести себя как маленький взрослый. Даже по делам с папами частенько ходил, демонстрируя свой «авторитет». А насколько он опекал Лаилин… даже говорить не стоит. Казалось, он родился с мыслью, что его главная задача — быть рядом с сестрой и оберегать её от всего на свете.

Лаилин же была полной противоположностью брата — яркая, подвижная, непредсказуемая. Могла в один миг притихнуть, как мышка, но за её спиной уже зреет идея, способная удивить даже самых стойких. Мужчины в ней души не чаяли, и хоть не хотели ругать, порой смотрели строго — от страха, что с ней может что-то случиться. Потому и предостерегали на каждом шагу: «осторожнее», «не лезь», «не делай так». Но знали: всё равно сделает.

С раннего детства у детей проявилась магия, что, разумеется, добавило нам нервозности. У Дилана — врождённая вампирская. А у Лаилин — магия Процветания.

Маэль оказался прав: наша девочка действительно была особенной. Настолько, что иногда мне становилось по-настоящему страшно — не навлечёт ли это беду?

— Снова стоишь у окна и смотришь на детей? — раздался за спиной голос Дариуса. Он обнял меня, положив ладони на уже довольно округлый живот.

На этот раз без сюрпризов — у нас двойня. Не знаю, откуда такая впечатляющая плодовитость, но, видимо, это неотъемлемая часть нашей судьбы. Или мои мужчины просто… чрезмерно инициативные. Во всяком случае, слава небесам, не три сразу!

— Ты же знаешь, Лаилин…

— Мы всегда будем рядом, — уверенно перебил он, не давая мне договорить и тем самым вовремя останавливая внутреннюю панику.

Я кивнула и больше ничего не сказала. Просто позволила воспоминаниям нахлынуть. О тех днях, когда наши малыши только появились на свет. С их рождением всё изменилось — наступила новая эра. Тень проклятия, висевшая над вампирами, развеялась. Природа ожила. Земля словно выдохнула. Всё вокруг стало ярче, живее, по-настоящему благословенным. Вампиры снова могли просто жить.