Мои подозрения подтвердились, когда в примерочную внесли три отвратительных “зефирных” наряда розовых оттенков, с множеством рюш, пышными юбками, вульгарными вырезами и безобразным количеством блестящих деталей. Такое могла надеть какая-нибудь баронесса, живущая в самой глухой части империи, ни разу не побывавшая в столице. Появись в таком Рози Брэдфорд и ее сочли бы сумасшедшей.

Я даже примерять ни одно из них не стала, вышла из примерочной с красными от злости щеками.

– Что случилось? – На мой взбешенный вид сразу отреагировал Эйден.

– Сам посмотри, – кунал в него одним из платьев, – думаю, тебе оно подойдет.

Эйден сначала ничего не понял, так как его накрыло огромным розовым облаком, но когда выбрался из-под него, ошарашенно заморгал, пытаясь понять размеры необъятного наряда.

– Хм-м-м-м, – скривился дракон, сбрасывая ворох ткани на пол, – ты права, этот салон переоценен, – произнес во всеуслышание, так, чтобы каждая из девушек встрепенулась. – Идем отсюда, не думал, что все настолько плохо и качество платьев мисс Вуд упало так низко. – Он продолжал говорить настолько громко, что сама владелица прибежала на эти крики.

Только никакой победной улыбки и насмехательств не было. Элеонора знала, что оскорбить дракона, значит, похоронить себя и свой бизнес безвозвратно. Аддерли достаточно влиятельный граф, чтобы с его мнением считались, не говоря уже о том, что был драконом, правящей расой.

Глаза Элеоноры забегали из стороны в сторону, она затряслась, выдавая какие-то звуки, утонувшие в возмущениях Эйдена. Клиентки и не думали разбегаться, наоборот, покупателей в салоне словно стало больше, все хотели свежих сплетен и побывать в гуще событий.

– Эйден, – осторожно тронула его за локоть, – пойдем отсюда.

В поступке Элеоноры была вина Рози, поэтому я не должна была злиться, но не смогла сдержаться. Все вокруг пытались меня унизить, и точкой кипения оказались гадские платья. Прекрасный мир не казался уже таким замечательным. Я переставала видеть его прелести из-за необходимости постоянной борьбы со всеми вокруг.

– Конечно, – Эйден растерял всю любезность, – ты права, не станем терять время.

– Нет, постойте, – Вуд, буквально прыгнула нам наперерез, – это недоразумение, мы сможем его уладить.

Удивительно, как быстро ее надменность сменилась страхом. Даже ее знакомство с самой императрицей не стало бы спасением, в случае с унижением невесты дракона.

– Это все глупые помощницы, они все неправильно поняли, – лебезила с глупой улыбкой, – конечно же, в моем салоне найдется подходящий наряд, сейчас же все сделаем.

Эйден был бы не он, если бы сразу согласился. Продолжая строить из себя глубоко обиженного, посмотрел на меня и, дождавшись кивка, лениво произнес:

– Если Рози снова ничего не понравится, разговор будет другим.

И началось то, чего я совсем не ожидала, мне помогли померить минимум десяток платьев, но лишь одно, вызвало мой восторг, напоминая чешую дракона в оттенке платины. Невероятно легкое, в меру длинное, с открытой спиной и толстыми лямками. По сравнению с другими нарядами оно было скромным, даже простым, что совершенно не вязалось с образом прошлой Рози, но я влюбилась в него с первого взгляда.

– Ну, как? – Показалась Эйдену, покрутившись вокруг своей оси.

Легкая юбка оторвалась от пола, кружась в воздухе вместе со мной. Ткань переливалась в лучах солнца, как настоящий металл.

– Знаешь, – он замер, разглядывая меня совсем другим взглядом, – оно невероятно тебе идет.

И это была единственная похвала, а потом он снова стал собой, надменным графом Аддерли.

– Леди Розали, вы выглядите прекрасно. – Вздыхала молоденькая служанка, умиленно наблюдая за мной.

Хотелось сказать, что все это заслуга Эйдена, но я промолчала. Граф старался в первую очередь для себя любимого. Дорогое платье, украшения, даже пригласил мне служанку, которая умела делать прически и наносить макияж. Девушка отлично разбиралась в столичной моде и постаралась на славу, создав из меня принцессу, по меньшей мере. Я не ожидала, что она так ловко и быстро уложит мои непослушные волосы в идеальные кудри, а макияж получился невероятно нежным, подчеркнув мой юный возраст.

Помнится, в книге я описывала любимые наряды Розали, они всегда имели некий налет вульгарности, вырез глубже, чем положено, открытые плечи, отсутствие корсета, или безобразно яркие расцветки. Рози любила выделяться, купаться в лучах славы и знать, что о ней говорит вся столица. Причем, что именно говорят, ее мало волновало, поэтому скандалами герцогиня не брезговала, считая любой пиар хорошим.