Ок, конечно, подозревал, что ласточка ему нравится, как женщина, но что-то большее? Последнее время его неимоверно тянуло к ней. Он стал воспринимать ее как живую, а не один из своих экспериментов. Хотелось всегда ее касаться, оберегать. Некромант искренне верил, что вернет ее к полноценной жизни и уж тогда… Что именно случится тогда он не знал, но очень жаждал этого момента.

Да, она ему очень нравилась.

Не просто симпатия и увлечение, а глубокое чувство, когда готов хоть в огонь, хоть в воду броситься, лишь бы защитить и укрыть от всех невзгод?

Да. Глубокое. Сильное. До дрожи пугающее его, но такое нежное и приятное, отдающее теплом в груди.

Но почему, чтобы понять это, ему нужно было ее потерять?

— За что ей это, демоны? За что мне это? Почему она снова…? — глухо прошептал мужчина.

Он каждый день имел дело со смертью. Никогда вид тела, не подающего признаков жизни, не вызывал в нем столько бурных эмоций, а следом апатию. Он поднимал тысячи мертвецов и умертвлял сотнями своих восставших подопечных.

Он много раз наблюдал за обратной стороной жизни — смертью. Только уход его матери и отца смогли выбить у него почву из-под ног. Азэль не думал, что сможет еще раз испытать это опустошающее чувство горечи и потери. Но… смог. Смог, глядя на закрытые глаза его рыжей ласточки.

Кто бы мог знать, что случайно принятое впопыхах решение оживить сельскую недоучку с одной стихией, обернется для него таким водоворотом событий и чувств?

Все с самого начала шло не по плану. Он не увидел в ней высшего мага четырехстихийника, она спасла ему жизнь, вовремя позвав на помощь, потом решила сбежать, потом… да много чего потом было. Некоторые люди и за всю жизнь не имеют такого вороха событий.

Вспоминая сейчас все, произошедшее за короткий период, когда Мариэлла появилась в его замке, он горько посмеивался, просматривая кадры из жизни, и вытирал скопившуюся влагу в уголках глаз.

Демон с этим оживлением, пусть только будет рядом. Всегда. С таким же задорным смехом и мило краснеющими щечками, с тем же возмущением и отчаянием, что втайне заводило его. Он так привык, что за последнее время копна ее рыжих волос всегда была у него на виду, напоминая зажженный в ночи факел.

Над головой пролетел ком магии, отпущенный Мари. Некромант вяло от него отмахнулся и встал, направляясь в пещеру. Он не оставит здесь свою девочку.

Если бы у него было больше времени… он точно смог бы подарить ей вторую жизнь… он, наконец, сказал бы Мариэлле, что испытывает к ней нежные чувства. Такие, которые готовы свернуть горы на своем пути. В его душе поселилась любовь, страсть и желание заботиться об этой девочке.

Возможно, он и сам не заметил, когда она стала для него такой… необходимой. Но когда осознал, то потерял.

Ему так хотелось еще лучше узнать ее. Столько спросить у нее. Поделиться с ней своим сокровенным, чтобы только она знала об этом.

Азэль аккуратно поднял бездыханное девичье тело и вышел наружу. Ветер трепал ее искрящиеся медные локоны, словно заигрывая и вовлекая в веселые игры, а у некроманта в груди все сжалось.

Он пробовал уже свои профессиональные ритуалы, но девушка не восстала. То ли магия разрушалась от близости мифической Раскольной пади, то ли дело было в другом. В любом случае, он вернется с ней в замок, где жизнь положит на то, чтобы оживить ее.

Горько и обидно, если такое произойдет, когда он будет уже седовласым полубезумным старцем. Мариэлла его даже не узнает.

Пока он стоял на воздухе с девушкой на руках, мимо то и дело пролетал ком чужой магии. Приблизившись к ним довольно близко, так, что он чуть не коснулся груди Мари, некромант заметил одну странность.

Едва не столкнувшись с девушкой, от сгустка отделилась тонкая струйка магии. Ее кончик коснулся груди Мариэллы, а после быстро впитался в тело.

В мозгу Азэля лихорадочно закрутились шестеренки. В секунды он выстроил логическую цепочку и решил во что бы то ни стало попытаться вернуть чужеродную магию в девушку. Во второй раз она «ожила» исключительно за счет нее. И сейчас покинула мир, стоило ей только отпустить эту беснующуюся силу.

Невозможное и глупое предположение, но не проверить его, Азэль не мог.

Он усадил девушку спиной к каменной глыбе и отошел, наблюдая за летающим комом. Некромант переключился на магическое зрение и ужаснулся той мощи, таящейся в этом рое силы. Она искрила, взрывалась, толкала друг друга.

Сложно представить, насколько девушке было тяжело ее сдерживать.

Призвав все оставшиеся у Азэля магические силы, он запустил небольшую ловушку на груди Мариэллы.

— Пожалуйста, пожалуйста… только не схлопнись. Давай, тяни ее, притягивай, — он напряжено активировал маленькую воронку и отошел, продолжая вливать капли своей магии.

Ему нужно было, чтобы сгусток силы вернулся в Мари. В небе рой почувствовал шаткий зов ловушки. Сначала он взмыл ввысь, отлетая подальше, но позже все чаще и ближе подлетал к небольшому зеленому водовороту на груди девушки.