Попасть в жены к дракону мне захотелось еще меньше, поэтому я опустила взгляд и принялась усиленно изображать вид, что роюсь в сумке. Семей драконов мало, и все они меж собой если не дружат, то явно общаются. И мне бы не хотелось оказаться вечером на чьим-нибудь брачном ложе или залогом торга между аристократами.

Тем более, что парень наверняка не отличил меня от колонны, рядом с которой я притулилась.

Так что я копошилась и копошилась в сумке, пока шаги Демиана не стихли. А когда в коридоре снова улеглась тишина, откинулась спиной на стену и съехала обратно на пол и снова уткнулась в магическую печать на своей руке.

Дракончик беззаботно парил, время от времени делая кульбиты в воздухе, а рунический круг рассыпался и собирался обратно. Красиво, в общем-то, но не настолько, чтобы демонстрировать общественности.

Собранные в кучку мысли намекали, что с наскока эту задачку не решить. Как любила говорить мать-настоятельница моего приюта: дракона нужно есть частями. Я усмехнулась внезапно иронии этой присказки, но проблему действительно стоило поделить на несколько маленьких, выбрать наиболее важную и с нее начать.

Что самое паршивое в этой метке истинной пары?

То, что она светится, как магический фонарь.

Интересно, а можно замазать метку истинности каким-нибудь косметическим средством?

Я училась на факультете алхимии, мечтала выпуститься из академии и открыть свою маленькую лавку косметических средств в каком-нибудь небольшом провинциальном городке. Нельзя сказать, что блеск и шум столицы меня не привлекал. Я иногда позволяла себе помечтать, что стану знаменита на всю империю, благодаря уникальным составам своих кремов или теней, но на жизнь все же смотрела здраво. И лавчонка в какой-нибудь южной провинции выглядела более реалистично, чем салон в центре столицы.

В общем, вместо библиотеки я пошла в лабораторию, где хранились различные ингредиенты, в надежде быстренько намешать какую-нибудь краску телесного цвета.

Тут меня ждало глубокое разочарование: драконью магию не брало решительно ничего. Метка проступала сквозь лучшие косметические мази, что вообще-то могли скрыть и подростковое безобразие, и даже неуместную родинку. Она не отбелялась никакой ядреной дрянью, способной смыть веснушки с любого носа. И это проклятое свечение пробивалось через ткань рубашки, как вывеска самого популярного студенческого бара.

Спустя два часа возюканья с мазями, бряцанья колбами, присыпания и растирания всего алхимического арсенала на своей коже, я пришла к неутешительному выводу – жить счастливой свободной жизнью мне осталось недолго. Вот прямо сейчас по дороге в комнату общежития, ну максимум завтра утром, меня сцапают, перевяжут бантиком и подадут какому-нибудь дракону на завтрак.

Ужас.

Но сдаваться без боя я была не готова, так что из чистого упрямства обмотала запястье шейным платком, выполнявшим декоративную функцию на моей сумке. Это был небольшой квадратик тонкого хлопка, расписанный вручную и купленный мной в порыве чисто женского транжирства. Я тогда спустила на него всю свою стипендию, и не жалела ни об одной потраченной на это монетке. Моя первая дорогая покупка, одной из немногих украшений, что я могла себе позволить.

И, удивительное дело, два оборота ткани как-то так ловко легли на печать, что свет ее рассеялся и казалось, будто цвета платка просто стали ярче.

– Благослови Богиня-праматерь того мастера, что придумал сделать этот платок, – пробормотала я, с помощью руки и зубов, завязывая тугой узел на запястье.

Стрелки на часах в лаборатории подползали к девяти, когда я закончила наводить после себя порядок и предприняла вторую попытку дойти до библиотеки. Теперь главным вопросом было не изучить дополнительные материалы об алхимии металлов, а перерыть всю доступную литературу о драконах.

Последнее, к сожалению, вызвало неодобрительное фырканье библиотекарши – старой, тощей женщины со строгим взглядом сковь толстое стекло очков-половинок.

– От вас, госпожа Шагран, я этого не ожидала, – поджав губы, произнесла она. – Вы ведь серьезная девушка, а увлеклись темой для легкомысленных охотниц за удачной партией.

Библиотекаршу я чисто по-человечески понимала. С завидной регулярностью к ней приходили девицы всех возрастов, сословий и комплекций в поисках литературы об истинных парах драконов. Они-то, конечно, мечтали заполучить волшебную метку и богатого чешуйчатого мужика в придачу. Я замуж не хотела, пресмыкающихся не любила, так что слова строгой старушки были ужасно обидны. Но я выросла в приюте, и даже нудная лекция о чем угодно не могла оказаться препятствием на пути к достижению цели.

– Очень надо, госпожа Торас, – повторила я терпеливо.