Короче, прямо за красивыми двустворчатыми воротами с территории была оживленная широкая улица, которую доблестные охранники правопорядка называли не иначе как «последний рубеж».

Защищал этот рубеж, понятно дело, добропорядочных горожан от нас.

«Темный очаг» располагался в двух кварталах от академии, и проще всего до него было добраться пешком. Дракон шел молча, и мне от этого было ужасно неуютно. А еще шаг у него был такой, что мне приходилось делать два. Получается, Драгблад шел, а я рядом бежала трусцой. Что тоже не слишком мне нравилось.

Но за эти два квартала я смогла обдумать ситуацию, составить список вопросов к обсуждению, даже парочку поручений, эээ, то есть просьб, которые хорошо бы дракону исполнить, чтобы мы превозмогли этот несчастный бал.

Так что подходя к очагу я была готова к конструктивному диалогу.

Сам по себе «Темный очаг» отвечал собственному названию. Здесь был мрачный интерьер, тяжелые столы из темного дерева, витые светильники с тусклым светом. В общем, если где-то существует замок какого-нибудь злого мага, чей интерьер нагло передрали, я даже не удивлюсь.

Принимавшая наш заказ официантка бросала на дракона оч-чень заинтересованные взгляды, которые тот игнорировал с поистине аристократическим равнодушием.

– У тебя что-то случилось? – решила я нарушить неприятную тишину, возникшую за нашим столиком в ожидании заказа.

Парень, безучастно следящий за улицей за окном, моргнул и посмотрел на меня.

– Почему ты спрашиваешь?

Под внимательным, даже тяжелым взглядом янтарных глаз стало неуютно. Сразу сообразила, что задала какой-то излишне личный вопрос малознакомому парню, с которым у нас, вообще-то, чисто деловые отношения.

– Просто ты какой-то напряженный, – ответила я, чтобы что-то ответить.

– Может, я всегда такой? – уголки губ чуть дрогнули, обозначая улыбку.

– А ты всегда такой? – в свою очередь спросила я.

Дракон хотел что-то ответить, но наш только-только завязавшийся разговор прервали.

– Уууу, какие люди! Неужели эта наша недотрога Шерри?

Лучше бы я согласилась на «Золото и небеса»…

Жизнь в приюте я вспоминать не люблю. Бывало там всякое – и хорошее, и плохое, и злое. Хорошее помнилось лучше, плохое – хуже, а злое…

Злое сейчас стояло возле нашего столика и нахально скалилось.

Оскар был живым кошмаром всего моего детства. А также детства всех девочек, коим довелось расти с ним под крышей одного приюта. Неуправляем, неуравновешен и агрессивен. Он брал, что хотел, и никто не мог остановить эту бездушную сволочь.

Не мог или не хотел.

Годами позже, когда я стала взрослее и умнее, меня все чаще стали посещать неутешительные мысли о том, что настоятельница и нянюшки знали, какой демон растет в стенах приюта. Но им было все равно. А может быть даже они и сами приложили руку к его становлению. Все же ручное чудовище лучше абстрактных проповедей.

Со мной Оскару не повезло – я оказалась магом и смогла дать парню отпор. До сих пор на его красивом, в общем-то лице, остался шикарный шрам через всю рожу. Настоятельница тогда конечно посадила меня в карцер на неделю, но Оскар приближаться больше не рисковал.

Мы выросли, выпустились и дорожки наши разошлись. Я про него, честно признаться, совсем забыла и, наверное, никогда бы не вспомнила.

Но день был скверный, и во всей столице именно в эту едальню ему захотелось зайти.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы какими-нибудь едкими и злыми словами отогнать призрак моего не слишком доброго прошлого, но совершенно забыла о том, что за столом не одна.

– Ты хочешь с ним пообщаться? – спросил Драгблад, внимательно посмотрев на меня.

– Нет, – ответила я.

– Ой-ой, Шерри нашла себе благородного покровителя! – оскалился Оскар. – А он знает, что ты вытворяла в приюте, а, недотрога?

Мне захотелось ему еще раз поправить лицо. Так, чтобы ни один лекарь не смог затянуть раны. Это было странное, незнакомое и совершенно неконтролируемое желание.

Словно чья-то чужая, более сильная эмоция заполнила меня изнутри и забурлила, перетекая вместе с кровью по венам.

Не знаю почему, но мне было зло и обидно о того, что Оскар попытался очернить меня в глазах дракона.

– Уходи, – спокойно произнес Драгблад, посмотрев на Оскара.