После всего услышанного я вдруг вспомнила свою семью. Все женщины в моем роду были несчастны в любви. Обжигаясь один раз, – они навсегда закрывали своё сердце на засов и больше никогда не впускали туда ни одного мужчину. А ведь в нашем мире опасаться было нечего: ни магов, ни эльфов, ни драконов. Да и сама ведьма магией не владеет. Зато память предков, родовой сценарий заставлял женщин идти по проторенной дорожке. И лишь моя мама смогла выйти из замкнутого круга. Она не закрыла сердце после того, как мой отец бросил нас, а пережила свою боль и вопреки всему позволила себе снова любить. И если получилось у неё – получится и у меня…

– Я к чему это все рассказываю, – голос Альберта внезапно вырвал меня из размышлений. – Ведьмы хранили свою слабость в секрете, но так или иначе некоторые знали или догадывались о том, что силу ведьмы можно использовать в своих целях. Поэтому я хочу тебя предостеречь, чтобы ты глупостей не натворила. Вдруг чувства Виктора к тебе – просто игра? Темным магам, знаешь ли, не стоит слишком доверять.

– Нет, я уверена Виктор не стал бы…

И тут я замолкла, внезапно вспомнив о ночном разговоре с Рианом. Он сказал, что я находилась под воздействием любовного напитка. И, кажется… я была склонна ему поверить.

Нет, чувства к Виктору никуда не делись. Но вчера они были какими-то слишком яркими, жгучими, толкающими на безумные поступки. Сегодня же они будто поблекли и безумный коктейль эмоций поутих.

Ночью я решила, что это дело рук Маргарет. Кто еще способен на такую подлость?

Но Альберт прав. Влюбленность заставила меня растерять всю осторожность. Что, если Виктор был причастен к этому инциденту с любовным напитком?

Я должна это выяснить.

Не теряя ни секунды, я вскочила с кровати и направилась в купальню. Быстро умылась, причесалась и переоделась в простое сиреневое платье. Подумав, надела на шею бриллиантовое сердце Виктора.

– Куда собралась? – нахмурился кот.

– Нужно поговорить с Виктором.

– Я с тобой, – нетерпящим возражений тоном сообщил фамильяр. – Прослежу, чтобы не наделала глупостей.

Пока шла к крылу второго принца, раздумывала над тем, как начать разговор. Свернув за очередной поворот, резко остановилась. Из-за ближайшей двери, оказавшейся чуть приоткрытой, донеслось злое: «эту ведьму!..»

Мне стало любопытно, потому как речь, судя по всему, шла обо мне. Применив недавно разученное заклинание Острый слух, я принялась подслушивать разговор:

– Все выходные он меня игнорировал. Ни разу не пригласил в свои покои, – красивый, чуть капризный женский голос был мне незнаком. – Я уже несколько раз прокляла тот день, когда решила отправиться отдыхать на морской курорт. Думала, Виктор за время моего отсутствия охладел ко мне. Но оказалось, он просто выполнял просьбу императрицы.

– Какую же, госпожа?

– Виктор должен соблазнить ту невзрачную иномирянку, чтобы забрать часть ее магических сил и превратить ведьму в послушную куклу, которая станет служить на благо империи. Представляешь? А я себе нафантазировала, что он всерьез увлекся этой ведьмой!

В душе что-то рвалось. Как струны, больно, одна за другой. Глаза жгли слезы, но я продолжала стоять и слушать.

– Как же можно, госпожа, вы в сотню раз краше ведьмы. Она вам не конкурентка. Принц всегда предпочитал вас больше других женщин.

– Да, Милли, ты как всегда права… Скорее бы закончилась вся эта история. Не могу больше наблюдать, как мой принц обхаживает иномирянку! – сердито выдохнула девушка.

– Будем надеяться, что ваши муки продлятся недолго.

– Хорошо бы, – капризно протянула любовница принца. – Виктор сказал, что охмурить девчонку оказалось не так легко. Пришлось даже использовать эту идиотку Миранду, чтобы вызвать ревность ведьмы… То-то эта выскочка обрадовалась, что Виктор так много времени стал проводить с ней, – девушка противно рассмеялась.

– Но все же в этой ситуации есть один большой плюс, – вдруг серьезно произнесла она.

– Какой же? – с интересом спросила служанка.

– Виктор потеснит своего старшего брата и станет императором.

– Но, получается, тогда ведьма Василиса станет императрицей?

– Лишь номинально. Она будет лицом империи, но прав у нее будет не больше чем у прислуги. А я хоть и останусь в статусе фаворитки правителя, – буду истинной императрицей и единственной любовью Виктора.

– Как же все здорово складывается, госпожа!

Больше я слушать не стала. Торопливо подобрала юбки и побежала прочь, не разбирая дороги.

Глаза застилали слезы, грудь разрывало от боли. Мне хотелось кричать, но я могла лишь бежать. Бежать и бежать. Как можно дальше.

Как я очутилась в саду, сама не знаю. Ноги подкосились, я упала на траву и беззвучно зарыдала. Так хотелось умереть, чтобы не чувствовать эту всепоглощающую, дикую боль, которая словно яд расползалась по венам.

– Д-дура! Какая я же я все-таки ду-у-ура! – всхлипывала я.