г Лии, которая влетела в комнату. Она со всей силы ударила Нордана по голове вазой и отскочила в сторону. Только тогда я поняла, что осколки зеркал больше не щерятся на нас острыми зубами и повернулась к порталу в мир людей. Меня тут же закрыл собой советник Сноу, поэтому я так и не смогла понять, почему Нордан упал на колени. Неужели ваза помогла? Но тут сердце вновь пронзила вспышка боли и я опустила взгляд. Острый осколок зеркала, торчащий из груди, был весь в крови. Похоже никто не понял, что Нордан в попытке спасти, оттолкнул меня прямо на осколки. Да и как было такое понять в той кутерьме. Вот только… – Прямо в сердце, надо же, – едва слышно выдохнула я и, пошатнувшись, рухнула в портал. Миг полета показался мне длинною в вечность. Боль раздирала на части, мир иллюзий разрушался, Нордан умирал вместе со мной. И я вдруг поняла, что единственный способ сохранить ему жизнь – вновь стать маленькой глупой льдинкой. До конца зимы льдинка выживет в любом случае, после чего растает и станет очередной веселой снежинкой с мире иллюзий. А вот свою оболочку можно сделать сосудом для магии, которую я отобрала у Нордана – магии нашего сердца. Ведь не важно в какой форме оно будет храниться, верно? Зато Нордан выживет в любом случае, даже без меня. К тому же мир иллюзий не исчезнет после моей гибели. Не стоило Нордану меня оживлять… Я открыла глаза, наполненные слезами и ужасом от осознания близкой смерти. Рядом лежал Нордан, который с невыносимой грустью гладил меня по голове и тихо шептал какую-то ерунду. Он говорил, что скоро боль пройдет, что кошмары исчезнут с рассветом, а мир иллюзий никогда не исчезнет, пока существуем мы. Вот только он ошибался. Мир иллюзий уже чуть не погиб, как и сам Нордан, как и королева… Нет. Не может быть. Ведь… – Ты убил ее! Вздрогнул. Рука замерла и прекратила гладить меня по голове. А Нордан смотрит на меня, прямо как во сне смотрел на королеву: с безграничной болью и грустью в снежных глазах. Я была настолько шокирована, что не обратила внимания ни на темные круги вокруг глаз короля, ни на отсутствие холода, сопровождавшего каждое такое вспоминание. Да я даже не посчитала чем-то странным тот факт, что Нордан продолжил молча смотреть на меня, не совершая ни одного движения! Вскочила с кровати и попятилась к двери со словами: – Ты ведь даже не заметил, как оттолкнул ее на осколок. Как ты мог… как мог винить ее в чем-то после такого?! Она же просто пыталась спасти тебя! Поняла, что голос сорвался на последнем слове, поэтому схватилась за горло и рванула прочь из комнаты и покоев, глотая жгучие слезы. Что-то вслед крикнул Бом, но я не разобрала что именно, затем в коридоре столкнулась с Лумом, который попытался узнать, что произошло. Вот только я была не способна в тот момент отвечать на вопросы, поэтому позорно сбежала. Портал-зеркало открыл мне проход в крыло, где жили все девушки-месяцы. Хорошо, что все сидели по комнатам и удалось пробраться в свои покои незамеченной. Не знаю, как бы я отреагировала, задай мне вопрос та же Дейли. Наверное, ревела бы без остановки. Хотя, я и без этого ревела, захлебываясь слезами. Не знаю сколько продолжалась эта истерика, но вскоре слезы высохли, а в душе поселилась пугающая пустота. С полнейшим безразличием я поднялась с кресла, где сидела все это время и подошла к окну. На улице уже давно стемнело и в свете фонарей, озаряющих темные аллеи парка, мирно кружились в медленном танце снежинки. Они будто чувствовали боль, которая вытянула из меня все силы, и пытались успокоить размеренным монотонным движением. Я прижалась лбом к стеклу. Наконец-то кошмар начал отпускать. Больше не казалось, что меня убил любимый, пусть и случайно. Как ни крути, а ведь это была не я. Вздохнув, вспомнила глаза Нордана, когда я выкрикнула те обвинения. Странно, что мне было больно видеть его таким. Но почему он не сказал ни слова и даже не пошевелился? Развернулась и начала мерить комнату шагами. Теперь, когда истерика закончилась, и пришло понимание, что это был сон о чужой жизни, я начала думать. Для начала Нордан промолчал, не сделал ни одой попытки меня остановить, и вообще никак не отреагировал, кроме боли во взгляде. А еще я до сих пор не чувствовала холода. Почему? Ну и главное – кого искал король, если знал, что королева умерла? И кто тогда оживил меня на той поляне, раз уж Ами больше нет… Вот именно последняя мысль заставила замереть на месте. Поняв, что сама не смогу разобраться во всей этой истории, я быстро вышла обратно в коридор. Подошла к порталу и, сделав глубокий вдох, словно перед прыжком в ледяную воду, махнула рукой, открывая проход в королевские покои. Нордана не было ни в гостиной, ни в спальне, ни в комнате с зеркалами-порталами, поэтому я осторожно заглянула в кабинет. Помещение совершенно не изменилось и выглядело прямо, как во сне… ага, том самом, весьма пикантном. Почувствовала, как к щекам приливает кровь. И чего мне так стыдно? Кстати, свет в кабинете отсутствовал, и комнату освещало лишь пламя, пылающее в камине, поэтому я не сразу заметила Нордана. Но, когда увидела, сразу пожалела о своей несдержанности. Он сидел в кресле у камина без движения и не обратил никакого внимания на мое появление. Вот зачем надо было его обвинять? Тем более винить в убийстве любимой женщины! Ведь, судя по всему, он даже не знал, что оттолкнул Ами на осколок. Стало мерзко от самой себя. Я подошла ближе, виновато опустив голову, но тут взгляд наткнулся на покрытую инеем руку, лежащую на подлокотнике, отчего сердце ушло в пятки. – Нордан! – шумно выдохнула я и бросилась к креслу. – Что с тобой?! Реакции не последовало ни после моего восклицания, ни после прикосновения к руке. Было такое чувство, что в кресле сидит большая снежная кукла! Точнее, мрачная и злая снежная кукла: в глазах Ледяного короля не было ни одной светлой точки. Он же замерзает! Прямо, как я… Почувствовала, как разум стремительно захлестывает паника. Провела ладонью по его руке до самого плеча и вздрогнула, когда взгляд черных глаз переместился с огня на мое лицо. Сердце на миг сбилось с ритма, а после забилось, словно птица в силках. На запястье неожиданно сомкнулись ледяные мужские пальцы, а следом я ощутила рывок и оказалась на коленях у Нордана. – И зачем же ты пришла к убийце? – едва слышно шепнул он. Идеальные губы, покрытые инеем, искривились в горькой усмешке, а в черных глазах вспыхнули искры боли и, что неожиданно, злости. Я видела подобное лишь во сне, где Нордан терял себя во мраке рядом с королевой, отчего стало жутко. Вспомнила, как Ами заставила его прийти в чувства и зажмурилась. Ведь, если я поцелую Нордана, он не станет меня убивать или требовать чего-то больше? Ой, да о чем это я! На большее мне уж точно рассчитывать не стоит. Я не королева, так что в постель меня никто не потащит. Кроме того, он ведь замерзает, а я помню, что в таких случаях тоже помогали прикосновения и поцелуи… – И, о чем же ты задумалась, Тэйлин? Не знаешь, что ответить? Теперь в голосе Нордана появились веселые нотки. Кажется, кто-то начал отогреваться. Может быть я зря волновалась? Открыла глаза и тут же нахмурилась: иней на губах никуда не делся. Хотя нет, его даже стало больше! – Простите, Ваше Величество, – тихо пробормотала, и сама не понимая, за что именно извиняюсь: за те жестокие обвинения или же за предстоящие действия. А следом подалась вперед и прижалась к его снежным губам своими. Леденящий холод и испепеляющий жар, благоговейный страх и всепоглощающее желание – все сплелось в один тугой узел в этом поцелуе. Зря я рассчитывала, что Нордан просто согреется и отстранится. О нет, он ответил. Да так, что я в одно мгновение утратила связь с реальностью! Мы словно вновь вернулись в зал и закружились в оголяющем нервы танце страсти. Как во сне я прижалась к Нордану, провела ладонями по его плечам. По телу волнами прокатилась сладостная дрожь – от макушки до кончиков пальцев на ногах. Напряжение нарастало с каждым мгновением. Я ощутила, как мой наряд осыпается снегом под руками мужчины и застонала, прогибаясь в спине. Холод отступал, и пальцы уже касались лишь теплой кожи. Рубашка погибла в неравном бою с моими подрагивающими руками. Оторванные пуговицы со стуком разлетелись по полу. Но даже дай мне кто возможность все повторить, все было бы так же. Я должна была почувствовать тепло его тела! Горячие ладони проскользили по моей спине. Нордан приподнял меня за талию и усадил сверху, покрывая дразнящими поцелуями шею. Я же вцепилась непослушными пальцами в его плечи и вновь застонала. Внезапно он сжал меня настолько крепко, будто боялся потерять навсегда, и выдохнул: – В этот раз я не остановлюсь, свет мой, и не проси. Но я и не просила. Наоборот, готова была умолять со слезами на глазах, лишь бы он продолжил. Будто читая мои мысли, Нордан приподнял меня и, глядя прямо в глаза, резко опустил на себя. Резкий толчок, и я громко вскрикнула. Не от боли, а от яркой вспышки наслаждения, пронзившей каждую клеточку тела, каждый уголок сознания. С моих губ сорвался протяжный стон: – Нордан… Шумный выдох. Тягучий, одуряющий поцелуй. Зарывшиеся в мои волосы пальцы. Головокружительное чувство наполненности и правильности происходящего. А следом Нордан вдруг дернул мою голову назад за волосы и начал двигаться, хрипло выдохнув: – Покричи для меня, Льдинка. Наши тела буквально вспыхивали от каждого прикосновения. Нордан вновь засиял теплым золотистым светом, которое сплелось с моим серебром. Каждое наше движение, каждый поцелуй, каждое дыхание было пропитано магией страсти. И я кричала, да. Выкрикивала его имя, умоляла не останавливаться, просила, стонала. Я растворилась в этом безумии, будто вновь оказалась в одном из тех снов. А Нордан, раз за разом доводил меня до высшей точки наслаждения, и ловил губами эти крики почти всю ночь напролет. Когда за окном начало светать, я лежала в объятиях любимого мужчины и пыталась вернуть душевный покой. Несмотря на бурную страстную ночь, внутри поселилось тревожное чувство надвигающейся беды. Будто я смогла вырвать у судьбы кусочек незаслуженного счастья, которое вот-вот обернетс