няешь меня в своем спасении? – А вы считаете это спасением? Я обернулась и посмотрела с такой обидой, что он на мгновение даже отшатнулся. Стоило подумать, что последнее слово осталось за мной, как в гостиной поднялся ветер и началась настоящая снежная метель. В испуге прижалась к мужчине, удивив этим не только его, но и саму себя. Но в тот миг ничто не было способно отцепить мои руки и заставить отойти. Страх – вот что двигало мной. Настоящий животный ужас, который поднял свою голову, стоило пробудиться воспоминанию детства. Перед глазами замелькали образы прошлого. Тогда тоже была темная зимняя ночь. Я стояла в одиночестве посреди снежного леса в одной тоненькой накидке, накинутой на ночную сорочку, и плакала. Как же мне было тогда страшно и холодно. Не знаю, как туда попала и почему оказалась в лесу одна. Запомнила лишь злой женский голос: – Теперь это твой новый дом. Посмотрим, насколько ты любишь зиму. А, знаешь, это даже забавно – кусок льда сдохнет от холода. Вот умора! Мы долго будем вспоминать самую большую неудачницу во всех мирах! Жестокий хохот заставил меня сжаться в комочек и заплакать. Ведь даже спустя время казалось, что этот смех до сих пор звенит в ушах. Я так и не узнала, кто та женщина. Тайной осталась и причина такой жестокости. Почему она бросила меня в лесу? За что так поступила со мной? Никто не смог ответить на эти вопросы. Зато я запомнила лицо Миранды, которая склонилась надо мной в лесу и принялась с беспокойством трясти за плечо. Именно сестра не дала мне уснуть навеки в снегу и привела родителей. С тех пор я ужасно боялась снежной метели, особенно по ночам, когда сидишь в одиночестве и слушаешь завывание ветра. Всегда казалось, что это не ветер, а голос, который в отчаянии выкрикивает чье-то имя. Мое имя! – Только не уходи, – зашептала я словно в бреду, еще сильнее прижимаясь к Нордану. – Не бросай меня одну, пожалуйста… Мой голос сорвался на последнем слове. Я жалобно всхлипнула и уткнулась носом в жесткую ткань камзола. На спину легла горячая ладонь – погладила, вздрогнула, сжалась в кулак. А следом я почувствовала такие необходимые объятия, где было тепло, уютно и совсем не страшно. Его объятия. В тот же миг утих ветер, исчез снег, а я услышала тихое: – Не брошу. Никогда. Эти слова согрели душу и заставили отступить все страхи. Я подняла голову и посмотрела в чарующие светлые глаза, где кружились снежинки. Внезапно глаза приблизились, затягивая меня в свой снежный омут. Губ коснулось дыхание, словно порыв морозного ветра, а следом все исчезло. Потонуло в обжигающем поцелуе, от которого ослабли колени. Нордан перехватил меня одной рукой за талию, и бережно прижал к себе, не позволяя упасть. Ощутила, как его вторая рука погладила по спине. Нежно, ласково, приятно до головокружения. Не заметила, когда эти поглаживания стали более чувственными и настойчивыми. Наверное, в тот момент, когда пуговицы платья внезапно расстегнулись и пальцы коснулись обнаженной кожи. Я зажмурилась от удовольствия и чуть не замурлыкала, как кошка. Поцелуй изменился, стал дразнящим, дурманящим разум. Вкус губ мужчины пьянил. Мир сузился до требовательных губ и настойчивых рук под натиском которых я теряла связь с реальностью. Платье давно упало к ногам, а под моими пальцами не осталось ткани – лишь нереально приятная на ощупь кожа Нордана, а под ней стальные канаты мышц. Почувствовала, как меня поднимают на руки, затем куда-то несут, а следом спины коснулся мягкий пушистый ворс. Но я даже не отреагировала, а с трепетом отвечала на умопомрачительные поцелуи и ласки. Будто отвлекись я хоть на миг, и все исчезнет. Нордан снова станет ледяным гадом, а я опять окажусь посреди той снежной метели совершенно одна. Внезапно Нордан слегка отстранился. В его глазах пылала жажда, которую не могло утолить ни одно вино в мире. Ему нужна была я! Горячая ладонь спустилась на грудь, слегка сжалась, а следом он принялся покрывать поцелуями мою шею, плечи… Я плавилась и стонала в его руках, охваченная страстью. Дарила поцелуи в ответ, зарывалась пальцами в платиновые волосы. Ровно до момента, как рука мужчины опустилась намного ниже, а над ухом раздался шепот: – Как же я скучал, Ами. Показалось, что мир на мгновение замер, а следом разлетелся на мириады острых осколков. Вонзаясь в сердце, они таяли и кислотой унижения разливались по венам. Не меня сейчас видел Нордан. Не меня целовал и ласкал. Всего лишь замена… Дернулась и попыталась оттолкнуть мужчину, но тот словно ничего не заметил и продолжал покрывать поцелуями мое тело. Я поняла, что сейчас просто закричу от разрывающей душу и сердце боли, поэтому закрыла глаза и прошептала: – Остановись. Меня проигнорировали. Он даже не обратил внимания на просьбу, что испугало. Хоть прикосновения и поцелуи не были противны, но уже не вызывали никакого восторга. Я начала вырываться из цепких рук короля, отпихивать его, извиваться. И внезапно осознала, что он совсем свихнулся. Вздернув мои руки над головой, он зафиксировал их за запястья, а следом навис сверху и внимательно посмотрел на мое заплаканное лицо. В светлых глазах вновь чернотой вспыхнула ярость. Губы, которые совсем недавно были слаще меда, искривились в усмешке, а следом раздалось злое шипение: – Что, Ами, вспомнила старые привязанности? Думаешь, что я просто отойду в сторону и позволю тебе уйти? Нет, радость моя, ничего не выйдет. Я заставлю тебя пожалеть о своем выборе. Ты будешь умолять меня хотя бы об одном взгляде и поцелуе! Хотела растопить мое сердце? Так давай растопим его вместе, Льдинка. Может тогда ты наконец-то поймешь, что натворила, – он положил ладонь прямо туда, где билось мое сердце. – Чувствуешь, как оно трепещет в предвкушении? – Нордан, остановись, – пролепетала, когда сердце под его рукой действительно затрепетало. – Я не твоя Ами… В светлых глазах вспыхнуло раздражение, а следом мужчина хмыкнул и наклонился, чтобы шепнуть в губы: – Конечно, Тэйлин, я тебе верю, – его пальцы на моих запястьях на миг сжались, причиняя боль, и следующие слова он буквально процедил. – Запомни, Ами, сколько бы тебя не прятали, но я все равно найду и узнаю свое сердце в любом облике. – Слегка приподнявшись, Нордан увидел в каком я ужасе и тут же насмешливо добавил: – Совсем недавно ты кричала, что я ошибаюсь, и притащил человека в Королевство льда. Поверь, я все помню. И тебя заставлю вспомнить. Мне надоело сгорать в этом огне в одиночестве. – Ты сошел с ума! – выдохнула, увидев, как его глаза сверкнули черной сталью. – Все благодаря тебе, радость моя. Его губы растянулись в подобии улыбки, которая испугала. Но еще страшнее стало, когда даже она вдруг стерлась с лица, а Нордан прищурился. Какое-то время он молча меня разглядывал, а после вдруг выдохнул: – Знаешь, Ами, я готов простить тебе все. Не буду скрывать, что ты слишком глубоко проросла в меня, чтобы забыть и отпустить. Без тебя моя жизнь не имеет смысла. Поэтому просто скажи, куда исчез советник Сноу. Я забуду о твоем побеге, о предательстве, о попытке меня уничтожить. Забуду обо всем и позволю забыть тебе. Но я просто обязан найти эту тварь, чтобы обезопасить наш мир в будущем. Я поняла, что бесполезно с ним спорить и что-то доказывать. Чудесным образом, именно это осознание помогло успокоиться. Забавно, но мне удалось перебороть страх перед мужчиной и начать думать. Нордан воспринял мое бездействие и молчание за обдумывание ответа, поэтому не торопил. Зато начал отвлекать. Нет, он не делал ничего необычного или же серьезного, лишь водил пальцем по лицу, губам, шее, что заставляло сердце биться быстрее. – Не думай слишком долго, Льдинка, я могу рассердиться, – прошептал мужчина и провел губами по моей щеке. Закрыв глаза, я постаралась не отвлекаться и задумалась. Во-первых, Нордан был свято уверен, что я – предательница Ами, которая помогла скрыться какому-то советнику. Тут явно был заговор, судя по его словам. Но мне от этого не легче. Ведь, даже будь я ею, у меня нет никаких воспоминаний. И как бы я не доказывала и не умоляла, Нордан попросту не услышит. Слишком уж он был сердит на свою королеву. Во-вторых, меня очень встревожили его слова. И как он собрался позволить мне забыть? Надеюсь, это было сказано в переносном смысле? Тогда почему мне кажется, что нет. Он реально заставит меня забыть?.. Но я не хочу забывать то, чего и так не помню! Выход был лишь один. Изобразить покорность и сделать вид, что готова помочь. Неделю я как-нибудь продержусь, а потом сбегу домой. Пусть там меня не ждет ничего хорошего, но это лучше, чем остаться тут и быть любимой льдинкой короля. Потому что это даже звучит так, будто речь о питомце. – Я готова рассказать все, что хочешь, – произнесла и сама удивилась спокойствию в своем голосе. – Но не могу, потому что ничего не помню. – Так это не проблема! – усмехнулся Нордан. – Воспоминания быстро вернутся. Мы их лишь немного подтолкнем. Не возражаешь? Я возражала, но кого это волновало? Поднявшись на ноги, он отошел к столу и поманил меня пальцем. Пришлось встать, но вместо того, чтобы подойти к Нордану, я направилась к двери, где валялось мое платье. Протянула руку, чтобы поднять и одеться, только оно внезапно рассыпалось снегом прямо под пальцами. – Неужели ты начала стесняться в моем присутствии? – промурлыкал Нордан, разглядывая меня, с бесшабашным весельем во взгляде. Повернув лишь голову, я гневно сжала кулаки. Значит, он решил добить меня и заставить чувствовать себя беспомощной?! А как по-другому объяснить этот поступок? Я не просто стеснялась, а практически сгорала от стыда. Но вдруг поняла, что не желаю показывать этого мужчине. Подняв руки, расплела косу, скрыв наготу волосами. Хорошо, что они у меня длинные и густые. Все также молча глянула на короля, и чуть с воплем не выбежала в коридор. Его светлые глаза вновь почернели, и там плескалась утихшая было страсть. Темная страсть. Опасная. Ну уж нет! Не позволю этому гаду к себе прикасаться. Пусть и дальше лелеет свои обиды на Ами. Надеюсь, я окажусь права, и он еще пожалеет, что так со мной обращался. Словно прочитав мои мысли, Нордан неожиданно нахмурился и взмахнул ру