- Убить его или заставить мучиться? – спрашивает с улыбкой и кивает на Диму. – Я открою портал в ваш мир, переброшу его туда. Но перед тем сделаю всё, что ты захочешь. Скажи, Нэйди.

- А меня вы не собираетесь отправить домой? – поднимаю взгляд, веду по мужским лицам и тут же опускаю глаза.

- Мы ведь ещё не выполнили своё обещание. Ты помогла нам, а мы тебе нет. Значит, останешься с нами, пока не забеременеешь.

- Бес, не давай несбыточных обещаний, - одёргивает его Дарисвальд. В отличие от других, на нём нет тёплой шкуры. Вряд ли его греют многочисленные татуировки. Хочется отдать ему свою тёплую одежду. Замёрзнет ведь.

Дарисвальд улыбается, продолжая своё дело, а Десидер (для своих Бес) ждёт от меня ответа.

- Я не желаю ему смерти.

- Понял, крошка, - склонился к моему лицу, звучно поцеловал край губ и непринуждённой походкой двинулся в сторону Димы. Тот заподозрил неладное и попятился, но Бес не ускорил шаг. Идёт себе спокойно, пока его дичь бежит к белым скалам.

Десидер

Аир, наконец, отключил Нэйдин от наших мыслей. Это, конечно, забавно – подслушивать её и подкидывать в женскую головку свои похабные мыслишки. Такое удовольствие – наблюдать невинную реакцию. Но иногда хочется что-то оставить при себе. Например, как в этом случае. Незачем Нэйдин знать, что случится с её бывшим.

- Думаешь, я тебя не догоню, утырок? – сплёвываю в снег.

В воздухе ощущается запах родного дома, и мне чертовски хочется поскорее пересечь льды, зарыться в тёплую постель и пришпилить к боку сладкую крошку. Это скоро случится. Осталось немного потерпеть. А уж тогда буду исполнять её желания непрестанно. Ребёнка, затем второго, третьего… восьмого.

- Что тебе от меня надо?! – кричит, как истеричная швойда, и, к моему удовольствию, в который раз поскальзывается.

- Мне? Ничего. А если тебе нужна твоя никчёмная жизнь, советую остановиться и ответить на мои вопросы.

Мы уже скрылись за скалами. Прекрасно. Уединение – то, что нам сейчас нужно.

- Чего тебе?! Просто отправь меня домой! Не нужна мне эта шлюха больше! Оставь её себе и трахай, сколько влезет!

Пять шагов беззвучной вспышкой, рука в полёте и удар в челюсть. Сплёвывай свои зубы, подонок.

- Начнём сначала, - скручиваю крюк ладонями. Ублюдок жалобно хнычет. А нечего обзывать мою женщину. – У тебя нет яиц, фигурально выражаясь. Но если ты ещё раз скажешь кривое слово в адрес Нэйдин, твои яйца взлетят на ветку и станут кормом для птиц. Итак, я задаю вопросы, ты отвечаешь. Подробно, без утайки. Ложь я распознаю сразу же.

Сажусь на уступ скалы, хлопаю крюком по ладони. Гнилое ничтожество жуёт снег.

- Что нравится Наде?

- Что?

- Я непонятно выразился? – наклоняюсь к окровавленному лицу, хлыщ опасливо отшатывается. – Что ей нравится? В подробностях.

- Трахаться любит как мартовская кошка! И всё время ей мало!

Второй удар с замахом. Под костяшками хруст зубов. Хорошо. Злость слегка глохнет. Сейчас мои эмоции подслушивают все побратимы. И вместо делёжки негатива на всех они множат мои чувства, потому что тоже злятся. Хотят приложить к делу и свои кулаки. Вот только если начнут, уже не остановятся.

Чтобы успокоиться и не убить, смотрю глазами Тройсена на Нэйдин. Она сидит как раз напротив него, кутается в шкуру, отхлёбывает седативный горячий напиток. Он должен её успокоить. На два дня эффекта точно хватит. После всего, что наша кроха пережила, ей это необходимо.

Руки Априоля лежат на тонкой талии под шкурой, и я переключаюсь на его ощущения. Теперь крошка в моих руках точно так же, как в его. Тёпленькая, мягкая, пахнет сладко. Кудряшки хочется потрогать. Априоль слышит моё желание и невзначай касается золотистых волос.

Погружаюсь в ощущения, забыв, что передо мной неоконченное дело.

- Не нужна она мне, забирай себе, - ноет этот хрен, и сам не понимает, что словами роет себе могилу. – Мне нужна была, чтобы безопасно трахаться. Идеальная любовница та, что не забеременеет, сколько в неё ни кончай, и живёт далеко от моих знакомых.

Очередной удар почти сносит ему башку. Это я ещё сдержался.

- Да за что?! – ублюдок ноет как чиж на привязи. – Сам же спросил!

- Я спросил не об этом. Меня не интересуют твои подлые мыслишки.