- Не будем рисковать, - Априоль стал впереди меня, правой рукой придерживает, чтобы я не вышла. – Это слишком опасно. Гесейры селятся только в женщинах. А что, если она перейдёт из одной в другую? Вдруг мы не успеем среагировать?

Мороз пробежал по коже, но я всё-таки вышла из-за широкой спины Априоля и шагнула к двери в подвал.

Дарисвальд меня обогнул, пошёл впереди, поддерживая меня за руку. Мы остановились в пяти метрах от закованной девушки. Она привязана к столбу, голова безжизненно опущена. Всё это жутко до тошноты, но я собираю остатки мужества, делаю шаг вперёд.

- Эльти, - зову вполголоса. Она не реагирует, и я зову громче: - Эльтика!

Голова дёрнулась и вяло поднялась. На меня взглянули чёрные глаза. Лицо исказилось улыбкой-гримасой.

- Помоги мне, Нэйдин, - говорит милым девичьим голоском, - они обижают меня. Пожалуйста, спаси… Они насилуют меня, а гесейры не любят против воли…

- Не верь, - шепчет Дар, - она будет настраивать тебя против нас.

- Нэйдин… Помнишь Эрниса? Он здесь, да? Я бы так хотела его увидеть. Я ведь люблю его. По-настоящему люблю. Он такой красивый и страстный. Почему Эрнис не приходит ко мне? Нам ведь было так хорошо вместе. Он и тебя хотел, а ты, глупышка, отказалась… А в подвале были Шерси и Клим. Они мне нравились. Жаль, пришлось их убить.

Эльтика начинает зловеще смеяться, а меня передёргивает от этого жуткого смеха. Я вижу, что она играет со мной, давит на эмоции.

- Эльти, помоги нам, и твои страдания закончатся.

В ответ она хохочет и шипит. Привязанный хвост пытается высвободиться, но ему не хватает сил.

Я стараюсь найти доводы, взываю к чисто женскому, вспоминаю, что все гесейры мечтают забеременеть, но Эльтика не поддаётся, остаётся такой же ехидно оскаленной и шипящей.

- Пойдём, Нэйдин, - кто-то тянет меня к лестнице, и я повинуюсь, выхожу на улицу, вдыхаю свежий воздух.

Рядом со мной идёт Эндрай, и я крепко сжимаю его руку. Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Нужно отвлечься, но это так сложно, когда страшащие мысли подкреплены жуткими картинками.

Садимся с Эндраем у бурлящего озера. Парень не старается со мной заговорить, но постоянно держит мою ладонь и поглаживает одним пальцем её тыльную сторону. Эта лёгкая ласка успокаивает, и меня чуточку отпускает.

- Нэйдин, - к нам подошёл Тройсен и от его неожиданного голоса я вздрогнула, - всё в порядке? – касается моего плеча.

- Относительно.

- Я подумал, тебе стоит отвлечься, переключить внимание. Может, ты захочешь посмотреть, что нам сегодня привезли из городка?

- Любопытно, - поднимаюсь с помощью поданной Троем руки, иду между двумя парнями. Я не уверена, что сейчас смогу отвлечься, но и сидеть на одном месте не вариант.

Меня неожиданно приводят на просторную идеально белую кухню. Беглым взглядом отмечаю наличие огромной каменной печи, множества вычищенных до блеска кастрюль, причудливых столовых приборов.

- В этих коробках новая посуда, какие-то штуки, мы сами не очень знаем, для чего всё это. Посмотришь? – спрашивает Трой и указывает на огромные деревянные ящики.

Эндрай подставил мне стул, я села и провались в медитацию. Включилась, только когда перебрала четвёртую коробку. Невдумчиво отсортировала предметы с неопределёнными функциями, отложила самое необходимое.

Спустя три часа выяснила, что у меня есть всё необходимое для выпечки и украшения тортов. Погрузилась в новую медитацию: замешиваю, раскатываю, пеку, взбиваю, смазываю.

Периодически мужчины заглядывают на кухню, улыбаются, и я радостно машу то венчиком, то лопаткой. О дневном происшествии стараюсь не думать.

К вечеру двухъярусный торт готов, и я выхожу на террасу, чтобы позвать мужчин. Хочется похвастаться и извиниться за то, что обзывала их, не разобравшись в ситуации.

- Ребят… - окликаю сидящих в креслах, а потом замираю, глядя в небо. – Что это такое?

Кобальтовое небо устелено светящимися полосами. Так, словно одновременно падают всё звёзды. Выглядит волнующе и впечатляюще, но в то же время походит на конец света.

- Это айраконы, - говорит Дарисвальд, обнимая меня сзади. – Красиво, правда? Души, не нашедшие сосуд, витают над миром, а кажется, что всё звёзды падают одновременно.

- Удивительно, - прислоняюсь ухом к мужской груди, продолжаю смотреть на парящих духов. И говорить не хочется, настолько прекрасно это мгновение.