- Не-ет, ты поверхностна, как и все они. Не в насилии смысл, а в свободе. Жизнь – это свобода.

- Пытаешься философствовать, но говоришь чушь, - я мысленно усмехнулась, и Саиде не понравилась эта насмешка. Она плеснула в отражение водой, и капли на время скрыли моё лицо, а когда стекли полностью, я не увидела своих глаз. На меня посмотрела абсолютная чернота. Она заменила зрачки и склеры, распозлась по лицу тонкими морщинками. Это длилось всего секунду, но мне хватило, чтобы испугаться. Я бы отпрянула от зеркала, если бы могла вернуть себе контроль.

- Ты слаба. Даже слабее, чем принцесса. И внешность у тебя заурядная. Марсанцы ничего не смыслят в красоте.

- Хочешь уколоть меня, потому что сама ты – всего лишь жижа, лужица, пятно. У тебя даже собственного тела нет. Ты завидуешь мне. Мои мужчины меня любят ни за что, а тебя боготворят только психологически нездоровые парни, которых ты сама такими сделала.

- Теперь твоё тело принадлежит мне, - Саида улыбнулась в отражении, поправила бюст, а слегка подумав, расстегнула халат, распустила завязки на ночном платье. Она осталась довольна тем, как я выгляжу. – И все восемь живых тел теперь мои.

- Ты не получишь их, - шиплю на неё, потому что больше мне сказать нечего, а из разговора нужно получить максимум. – Они выдворят тебя из моего тела и уничтожат. А потом возьмутся за твоих сородичей. Они ведь это уже делали, да? Всех твоих убили. Ты разозлилась. Я тебя понимаю.

- Ты ничего обо мне не знаешь.

- Но я знаю своих мужчин. Они уничтожат тебя. Сделаешь хотя бы одну ошибку, и они вырвут твой хвост.

Саида дёрнулась, гневно взглянула в зеркало, и я поняла, что выбрала правильную тактику. Эта подлая тварь боится. Всё-таки что-то она чувствует, но эмоции у неё другие. Человеческое тело неспособно их считать. Но гесейра не бесчувственная. Страх – вот, что в ней наверняка есть.

- Они сотрут всех гесейр и очистят мир от вас, - продолжаю давить в то же место. – Мои мужчины уже знают, как выселить вас из женских тел. Они готовят всё для этого. И ты здесь появилась вовремя. Они проведут тесты на тебе, а потом… Все вы сдохнете.

- Они не смогут.

- Уверена?

Под сердцем что-то кольнуло, и моё лицо исказилось. Я не почувствовала боли, но Саида изменилась в лице. В её движениях пропала неторопливость и плавность. Гесейра стала дёрганной и настороженной.

- Ты здесь одна, - добиваю женскими страхами, - никто не придёт тебе на помощь. У тебя нет ни друзей, ни близких. А за меня мои мужчины убьют всех. И тебя в первую очередь.

- Они не смогут… - вот и отчаянье. – Если сломают или вырвут хвост, ты умрёшь вместе со мной.

- Они знают другой способ. Сделают так, чтобы ты сама вышла. А потом примутся за остальных. Все женщины будут свободны, а вы сгинете навсегда.

Мне удалось пошатнуть уверенность Саиды, но это не приблизило меня к разгадке. Влезть в её мысли я не могу, а в открытую она ничего не говорит. Но теперь я точно знаю, что способ выселить гесейр из женских тел есть. И он где-то на поверхности. Это что-то простое. Я должна это выяснить, а потом… Придётся думать, как передать информацию.

Саида вернулась в постель, притёрлась к Десидеру, будит его смелыми ласками. С удовлетворением обхватывает член, вставший с утренним приветствием. Я не чувствую его своими пальцами, но знаю, что делает Саида. Стараюсь думать об этом отстранённо, но мне всё же больно.

- Просыпайся, - шепчет моему мужчине, - Де-е-есидер, - демонстрирует мне, что знает его имя.

- Крошка… Рань же ещё…

Саида толкает его в плечо, заставляя откинуться на спину, и залезает сверху.

Десидер просыпается с улыбкой. Такой он милый, когда заспанный и не вполне в себе. К такому Десидеру не достучаться. Да и возможности у меня нет. Мне остаётся только смотреть, как другая соблазняет моего идеального мужчину.

Саида ласкает Десидера, похотливо об него трётся, а он сонно улыбается. Ему нравится. А мне горько. Боже, как горько!

Моя душа мечется в клетке, со звоном ударяется о стенки собственного тела, которое стало тюрьмой. И я вынуждена смотреть, как похотливое создание ласкает того, кого я люблю.

- Де-е-есидер, - шепчет Саида.

Услышь во мне её, услышь, Дес. Это не я топчусь на тебе, не я протяжно шиплю твоё имя. Я так не делаю. Я тоже люблю поспать.