семья.— Но часть?— Часть.Арсен наконец повернулся.— Я не хочу, чтобы он думал, что может прийти и стать отцом, потому что у нас одинаковый огонь.— Я тоже.— А если Лея захочет?Алиана почувствовала, как кольнуло сердце.— Тогда я не стану запрещать ей чувствовать.— Даже если тебе больно?— Даже если мне больно.Арсен нахмурился.— Это неправильно.— Это материнство.— Мне не нравится.— Мне часто тоже.Он смотрел в окно.— Он мог бы быть хорошим отцом?Вот это ударило больнее.Не потому, что ответ был очевиден.Потому что нет.Потому что в памяти Алианы все еще жил Рейнар до Белого зала: неловкий с детской погремушкой, слишком серьезный у колыбели, которую он приказал сделать заранее, тихий по вечерам, когда думал, что она спит, и говорил с ребенком через ее живот.Мог.Если бы не поверил лжи.Если бы не оказался слаб.Если бы.Проклятое слово, на котором женщины часто хоронят остатки надежды.— Я не знаю, — честно сказала она.Арсен кивнул.— Это чисто?Мирон, не открывая глаз, пробормотал:— Угу.Алиана чуть улыбнулась.Через час карета резко остановилась.Лея проснулась.Арсен сразу вскочил.Снаружи Берта сказала такое крепкое слово, что кучер подавился.Алиана отодвинула занавеску.На дороге стояли люди.Не разбойники. Слишком ровные плащи, слишком одинаковые перчатки, слишком спокойные лица.Пятеро всадников с серебряными знаками Совета.Перед ними — высокая женщина в темном дорожном платье. Черные волосы убраны в тугой узел, на воротнике — брошь в форме раскрытого крыла.Алиана не знала ее.Память Алианы Морвель знала.Леди Илва Моргрейв.Мать Рейнара.Женщина, которая пять лет назад коснулась рукава сына в Белом зале, и он замолчал.Карета Моргрейвов остановилась позади. Дверца распахнулась почти сразу.Рейнар вышел.Не быстро. Но так, что воздух вокруг стал опасным.Илва даже не посмотрела на него сначала.Ее взгляд был прикован к простой карете.К окну.К детям.— Алиана, — тихо сказал Арсен.— Вижу.Лея шепнула:— Кто это?Алиана опустила занавеску.— Ваша бабушка.Мирон поморщился.— Звучит плохо.— Потому что пока так и есть.Снаружи Рейнар сказал:— Мать.Илва ответила:— Ты везешь их не туда.— Я везу их на проверку.— Ты везешь их вместе с ней.— Именно.— Ошибка.Алиана медленно открыла дверцу кареты.Берта обернулась:— Сиди, я сама ее укушу.— Нет, — сказала Алиана. — Эту я хочу увидеть.Она вышла на дорогу.Рейнар резко повернулся, словно хотел попросить ее не вмешиваться. Умный дракон промолчал.Леди Илва смотрела на Алиану без удивления. Словно пять лет между ними не было. Словно изгнанная жена не должна была состариться от горя, умереть в снегу или хотя бы научиться опускать глаза.Алиана не опустила.— Леди Моргрейв, — сказала она ровно.— Морвель, — поправила Илва.— Как приятно, что вы запомнили фамилию, которую ваш род оставил мне вместо защиты.Рейнар едва заметно вздохнул.Берта с козел довольно крякнула:— Хорошее начало.Илва не смутилась.— Дети должны ехать в карете рода.— Дети едут с матерью.— Их мать не признана защитником при древнем пламени.— Пока.— Ты не понимаешь, с чем столкнулась.— С женщиной, которая однажды уже выбрала род вместо совести? Понимаю лучше, чем хотелось бы.Лицо Илвы осталось холодным, но пальцы на перчатке сжались.Попала.— Рейнар, — сказала она, не отрывая взгляда от Алианы, — ты не можешь позволить ей говорить за наследников Первого пламени.— Могу, — ответил он. — И позволю.— Они не ее собственность.Алиана улыбнулась.— Наконец-то правильная мысль. Они ничья собственность. Даже ваша.Илва чуть приподняла подбородок.— Если дети останутся при женщине без родовой защиты, Совет признает их угрозой. Их разделят. Девочку заберут первой.В карете Лея тихо всхлипнула.Алиана шагнула вперед.Рейнар тоже.На этот раз они двинулись одновременно и оба заметили.— Не смейте говорить так, чтобы она слышала, — сказала Алиана.Илва впервые посмотрела не на нее, а в окно кареты. Там за занавеской виднелись три маленьких лица.И что-то в ее взгляде дрогнуло.Очень быстро. Почти незаметно.Но Алиана научилась видеть то, что люди прячут.— Трое, — сказала Илва тише.— Да. Представляете, как неудобно вышло? Ваш род отказался оптом.Рейнар закрыл глаза на мгновение.Илва побледнела.— Ты не знаешь всей правды.— Эту фразу я за последние сутки слышу слишком часто. Может, кто-нибудь наконец начнет эту правду говорить?Илва перевела взгляд на Рейнара.— Не здесь.— Конечно, — сказала Алиана. — Правда у благородных родов всегда требует подходящего помещения.Мирон высунул голову из кареты:— Мам, она боится.Илва резко посмотрела на мальчика.Мирон не спрятался.— Не нас. Не совсем. Она боится, что ты узнаешь что-то до проверки.Рейнар повернулся к матери.— Что именно?Илва стала ледяной.— Убери ребенка из разговора.Арсен появился рядом с Мироном.— Он не ребенок для вас, когда его хотят забрать?— Арсен, в карету, — сказала Алиана.— Но…— В карету.Сын подчинился, но взгляд от Илвы не отвел до последнего.Леди Моргрейв медленно вдохнула.— Если ты поедешь с ними, Рейнар, Совет обвинит тебя в давлении на проверку.— Пусть.— Они могут снять тебя с главы рода.— Пусть попробуют.— Не будь мальчишкой.— Я перестал им быть в тот день, когда понял, что мой род оставил мою жену умирать у ворот.Алиана застыла.Жену.Не бывшую.Не изгнанную.Не ошибку.Жену.Илва тоже услышала.— Осторожнее, сын.— Я был осторожен пять лет. Хватит.Воздух между ними потемнел.На миг Алиане показалось, что сейчас над дорогой вспыхнут крылья двух драконов — старой ледяной леди и ее сына, который слишком поздно вспомнил, что умеет не подчиняться.Но Илва не стала спорить пламенем.Она сделала хуже.Посмотрела на Алиану и сказала:— Если ты хочешь сохранить детей, не противься признанию рода.— Я противлюсь не признанию. Я противлюсь воровству.— Иногда, чтобы ребенок выжил, мать должна уступить.Алиана подошла ближе.Совсем близко.— Пять лет назад я уступила вам зал, фамилию, защиту и право получить ответ. Больше у меня ничего не осталось, кроме детей. И это я не уступлю.Илва смотрела на нее долго.Потом тихо произнесла:— Тогда готовься потерять больше, чем думаешь.Рейнар шагнул между ними.— Довольно.— Нет, — сказала Алиана. — Пусть договаривает. У меня в последнее время редкая удача на людей, которые знают правду и давятся ею для моего же блага.Илва отвернулась.— Увидимся у пламени.Она села в свою карету. Всадники Совета развернулись следом.Дорога освободилась.Но легче не стало.Рейнар подошел к Алиане.— Ты должна знать…— Нет.— Алиана.— Нет, Рейнар. Не сейчас. Если вы знаете что-то важное — говорите полностью. Если не можете — не начинайте.Он сжал челюсть.На шее под воротом темный след клятвы налился черным.— Не можешь, — сказала она сама.— Пока нет.— Тогда молчите.Она развернулась к карете.Но он все-таки произнес:— У моей матери был доступ к родовой книге.Алиана остановилась.Медленно повернула голову.— Что?Рейнар смотрел на дорогу, по которой уехала Илва.— И к моей крови в ту ночь тоже.Тишина стала такой плотной, что даже лошади замерли.Из кареты донесся голос Мирона:— Это чисто.Алиана почувствовала, как внутри холодно и ясно складывается новая часть картины.Карр.Совет.Поддельные доказательства.Кровь Рейнара.Илва Моргрейв.Мать, которая могла спасти — и не спасла.— В карету, — сказала Алиана.Голос у нее был ровный.Слишком ровный.Рейнар посмотрел на нее.— Алиана…— В столицу, лорд Моргрейв. К вашему прекрасному родовому пламени. Я хочу посмотреть ему в лицо.Она села к детям.Дверца закрылась.Карета тронулась снова.Лея забралась к ней на колени.— Мам, бабушка плохая?Алиана посмотрела в окно на черную карету впереди, куда свернула Илва.— Не знаю, родная.— Но она нас не любит?Алиана обняла дочь крепче.— Она пока не поняла, что вы не должны заслуживать любовь.Мирон тихо сказал:— А если она помогла вычеркнуть нас?Арсен сжал кулаки.Алиана прикрыла глаза.— Тогда она узнает, что бывает, когда трогают моих детей.Дорога впереди пошла вверх.За холмом поднялись башни столицы.Черные, золотые, острые, как корона хищника.А над ними горел огромный столб пламени — родовой огонь Моргрейвов, созванный на проверку.Лея спрятала лицо у матери на груди.Мирон побледнел.Арсен смотрел не мигая.Алиана прижала детей к себе и поняла: пять лет она боялась, что прошлое найдет их.Теперь прошлое ждало у ворот.С печатями.С законами.С огнем, который мог назвать ее детей наследниками — и отнять их тем же словом.

Глава 5. Проверка родового пламени