ади.Он повернулся к дверям зала.— Проверка состоится внутри. Присутствуют: Совет, глава рода Моргрейвов, мать детей, двое свидетелей от города Лисс, писцы, хранитель родовой книги и представитель королевского надзора.— Трое свидетелей, — сказала Берта.Карр посмотрел на нее так, будто впервые увидел сорную траву, которая заговорила.— Двое.— Трое, — повторила Берта. — Я считать умею. Еду я, Сора и Нелла. Иви снаружи останется с корзинами, потому что у нее нервы слабые, зато слух хороший.— Это не рыночный спор.— Вот и не торгуйтесь.Карр сжал губы.Алиана вдруг поняла: Берта бесит его не меньше, чем она сама. Возможно, больше. С Алианой еще можно было обращаться как с бывшей женой дракона. С Бертой — нет. Она была просто вдовой с пирогами и полным отсутствием страха перед титулами.— Трое свидетелей, — сказал Рейнар.Карр посмотрел на него.Рейнар молчал.Победил именно этим.Двери зала открылись.Внутри было темно.Не потому что не хватало света. Света было слишком много — пламя горело в центре огромного круглого пространства, поднимаясь из черной каменной чаши. Но стены поглощали его, не отражая. На полу по кругу были вплавлены золотые линии, похожие на корни. Они тянулись к чаше и уходили под нее, будто весь зал был огромным живым сердцем.Лея остановилась на пороге.— Оно смотрит.Алиана сжала ее руку.— На всех?Девочка покачала головой.— На нас.Арсен встал рядом с сестрой. Мирон — с другой стороны.Впервые за день никто из них не спорил, кто где идет.Алиана шагнула в зал вместе с ними.Пламя дрогнуло.Не вспыхнуло. Не взревело. Просто повернулось, если огонь вообще мог поворачиваться.И Алиана почувствовала взгляд.Не человеческий. Не добрый. Не злой. Древний, холодный и голодный до имен.Хранитель родовой книги стоял у чаши. Сухой старик в черной мантии, с лицом, похожим на высохшую кору. Перед ним на каменном постаменте лежала огромная книга в переплете из темной кожи. Она была открыта на пустой странице.Пустой.Алиана сразу это заметила.И Рейнар тоже.— Где запись? — спросил он.Хранитель опустил голову.— Для проверки открыта новая страница.— Где запись о моем браке?— Архивная часть будет поднята при необходимости.— Не при необходимости. Сейчас.Карр вмешался:— Процедура проверки детей не требует…— Требует, — перебила Алиана.Все повернулись к ней.Она не отступила.— Если проверяется происхождение детей, зачатых в браке, запись о браке родителей является основанием. Или Совет предпочитает проверять ветку, не показывая корень?Хранитель посмотрел на Карра.Карр улыбнулся.— Поднимите запись.Старик положил ладонь на книгу.Страницы зашевелились сами. Медленно, тяжело, будто не хотели открываться. Пламя в чаше стало ниже.Наконец книга остановилась.На левой странице было имя:Рейнар Арден Моргрейв.Рядом — Алиана Морвель.Нет.Не рядом.Имя Алианы было почти выжжено. Буквы сохранились частично, как следы на пепле. Между именами, где должна была светиться брачная линия, зияла черная трещина.А ниже…Ниже был след.Тонкий, почти невидимый. Как будто кто-то когда-то начал выводить продолжение родовой ветви и сразу стер.Алиана склонилась ближе.Три крошечные точки.Не имена.Не буквы.Просто три места, где книга должна была знать детей.Рейнар увидел.Его лицо окаменело.— Это не естественный разрыв, — сказал он.Хранитель молчал.Карр произнес:— Брак был расторгнут законно.— Я говорю не о браке.Алиана повернулась к нему.— Что это?Рейнар не сразу ответил.Потом сказал:— Следы нерожденных наследников.— Но имен нет.— Их стерли до того, как книга успела принять.Лея заплакала беззвучно.Арсен подошел ближе к постаменту, и пламя в чаше вдруг поднялось.Хранитель резко вскинул руку.— Ребенок не должен приближаться без вызова.— Он не ребенок для вашей книги, когда вы стираете его до рождения, — сказала Алиана.Старик встретился с ней взглядом.И впервые за все время в его лице мелькнуло нечто похожее на стыд.Карр хлопнул ладонью по подлокотнику кресла, стоящего справа от чаши.— Начинаем проверку.Зал выстроился вокруг них.Советники заняли места полукругом. Илва Моргрейв стояла отдельно, в тени, не отрывая взгляда от книги. Селена оказалась у дальней стены рядом с матерью. Ее лицо было белым как бумага. Рейнар встал слева от Алианы, но на расстоянии. Берта, Сора и Нелла — позади, словно маленькая, нелепая и очень упрямая крепость из Лисса.— Первым, — произнес хранитель, — Арсен Морвель.Арсен не двинулся.Алиана наклонилась к нему.— Я рядом.— Ты пойдешь со мной?— Да.Хранитель открыл рот, но Рейнар посмотрел на него.Старик передумал возражать.Алиана и Арсен подошли к чаше.Пламя стало выше. Красное у основания, золотое по краям. Оно тянулось к мальчику, как зверь, узнающий запах крови.— Руку над огнем, — сказал хранитель.Арсен посмотрел на мать.— Не в огонь, — уточнила Алиана. — Над.Он протянул руку.Маленькую, детскую, с царапиной у большого пальца.Пламя взвилось.Алиана едва не отдернула сына, но Арсен не вскрикнул. Огонь не жег. Он обвил его запястье красно-золотой лентой, поднялся до локтя, коснулся плеча.И вдруг весь зал услышал драконий рев.Не снаружи.Из пламени.Низкий, древний, признающий.На открытой странице книги вспыхнула красная линия. От имени Рейнара вниз, туда, где пустота. Линия дернулась, потянулась к первой точке.Все замерли.Алиана не дышала.Сейчас.Сейчас появится имя.Арсен Морвель.Арсен Моргрейв.Да хоть Арсен упрямый сын своей матери, только появись.Линия коснулась точки.И почернела.Пламя резко погасло вокруг руки мальчика.Книга не вписала имя.Арсен медленно опустил руку.— Что это значит? — спросила Алиана.Хранитель не ответил.Рейнар сказал сам:— Кровь признана. Имя заблокировано.— Кем?Молчание.— Кем? — повторила она.Карр произнес:— Следующий ребенок.— Нет.— Госпожа Морвель…— Нет. Вы сейчас объясняете, почему родовое пламя признает моего сына по крови, но не дает ему имени.Карр посмотрел на нее холодно.— Потому что проверка еще не завершена.— То есть вы не знаете.— Следующий ребенок.Мирон вышел сам.— Я.Алиана повернулась к нему.— Мирон…— Если они хотят смотреть, пусть смотрят быстрее.Он подошел к чаше, стараясь казаться спокойным. Но Алиана видела, как дрожит его забинтованная ладонь.— Другую руку, — сказал хранитель.Мирон протянул левую.Пламя отозвалось иначе.Не ревом.Шепотом.Сотни голосов вдруг зазвучали под сводами зала. Мужские, женские, старые, детские. Они произносили клятвы, договоры, обещания, отказы. Некоторые звенели чисто, некоторые хрустели, как гнилые ветки. Мирон побледнел, сжал зубы.— Ему больно, — сказала Алиана.— Дар истины всегда болезнен при первом полном отклике, — произнес хранитель.— Уберите.— Нельзя.Рейнар шагнул вперед.Пламя взметнулось между ним и чашей, не подпуская.Мирон вдруг поднял голову и посмотрел прямо на Карра.— Здесь много лжи.Карр улыбнулся.— Дитя слышит слишком много.— Нет. Я слышу ровно то, что вы прячете.— Мирон, — прошептала Алиана.Но пламя уже поднялось до его плеча.Книга вспыхнула второй линией. Черно-золотой. Она потянулась от имени Рейнара к второй точке.Мирон зажмурился.— Мам…— Я здесь.Линия коснулась точки.И снова почернела.Имя не появилось.Мирон отдернул руку, пошатнулся.Алиана подхватила его.— Все. Хватит.— Третий ребенок, — сказал Карр.— Она маленькая и напугана.— Все трое должны пройти проверку.— Я пойду, — прошептала Лея.Алиана повернулась.Дочь стояла у Берты, прижимая к груди деревянного дракона. Лицо мокрое от слез, но подбородок поднят.— Не надо, родная.— Надо. Если я не пойду, они скажут, что я опасная.Алиана почувствовала, как что-то внутри ломается.Ее маленькая девочка уже понимала язык взрослых угроз. Уже училась не быть удобной мишенью.— Я с тобой, — сказала Алиана.— И я, — сказал Арсен.— И я, — Мирон вытер нос рукавом.Хранитель попытался возразить:— К чаше допускается…Рейнар произнес:— Они подойдут вместе.— Процедура…— Меняйте.Карр вмешался:— Это искажает результат.Алиана посмотрела на него.— А вы боитесь, что дети будут сильнее вместе?Карр не ответил.Вот и ответ.Лея подошла к чаше между братьями. Алиана стояла за ними, положив руки Арсену и Мирону на плечи. Рейнар остался чуть дальше. Но когда Лея протянула маленькую руку к пламени, он сжал кулаки так, что на костяшках выступила кровь.Серебряный огонь вспыхнул мгновенно.Не в чаше.Вокруг Леи.Он поднялся тонкими прозрачными лепестками, и зал исчез.Нет, не исчез.Память легла поверх настоящего.Белый зал. Алиана беременная, бледная, с рукой на животе.Рейнар в темной комнате до суда, сидящий в кресле, почти без сознания, с окровавленной повязкой на боку.Чья-то рука берет его ладонь.Прижимает к документу.Перо двигается не его волей.Черная капля крови расплывается на подписи.Карр стоит рядом.Илва у окна.Селена плачет за закрытой дверью.Голос женщины — резкий, шепчущий:«Если тройня выживет, роды падут. Нужно отречение до рождения».Память оборвалась.Лея вскрикнула.Книга вспыхнула третьей линией.Серебряной.Линия потянулась к третьей точке.Алиана уже знала.Но все равно надеялась.Пожалуйста.Пожалуйста, хоть ее.Линия коснулась точки.Почернела.Имя Леи не появилось.Пламя в чаше поднялось до самого свода и погасло резко, как задутой свечой.В темноте кто-то вскрикнул.Потом по стенам зажегся холодный синий свет.Хранитель родовой книги стоял над страницей, и руки у него дрожали.Карр первым нарушил тишину:— Кровь Моргрейвов подтверждена. Имена не признаны.Алиана подняла Лею на руки.Дочь дрожала вся.— Почему? — спросила Алиана.Ее голос был тихим.Даже Берта не шевельнулась.— Почему пламя признает кровь, но не имена?Карр повернулся к Совету.— В связи с аномальным результатом проверка должна быть продолжена под надзором. Дети представляют магическую неопределенность и до выяснения причин не могут оставаться без родовой охраны.Рейнар шагнул вперед.— Они не останутся без охраны.— Вы заинтересованное лицо.— Я их отец.Слово ударило по залу, как гром.Арсен вздрогнул.Мирон резко посмотрел на него.Лея спрятала лицо у Алианы на груди.Алиана медленно повернулась к Рейнару.Он понял сразу.Поздно.— По крови, — сказал он глухо.— Осторожнее со словами, — сказала она.— Алиана…— Не сейчас.Карр воспользовался мгновением.— Именно поэтому необходимо временно передать детей под нейтральную