— Что⁈ — От возмущения у меня перехватывает дыхание. — Я последняя в этом мире, кто станет защищать генерала! Особенно после того, как он едва не провёл меня через круги Оргоса и не притащил к вам, чтобы превратить мой мозг в кашу!

— Он тебе не сказал. — В голосе Конгара звучит искреннее изумление, от которого моё сердце пропускает удар. — Накануне твоего появления я подписал указ о запрете применения кругов Оргаса. Ронгар никогда бы его не нарушил, это во-первых. — Его голос становится мягче. — А во-вторых, мой генерал не падет так низко, чтобы подвергнуть беззащитную женщину такому чудовищному испытанию.

— Но я видела! — отчаянно выкрикиваю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Своими глазами видела эти проклятые круги!

— Что ты на самом деле знаешь о своём муже? — Его вопрос бьёт прямо в сердце.

И правда… что я знаю о Ронгаре? Горечь затапливает душу. Он генерал и, судя по тому, что я видела, прирождённый командир. Жесток, но не лишён человечности. Муж Эймилин… И всё?

Боги, я даже не знаю таких простых вещей: какой цвет ему нравится, какую еду он предпочитает. А ведь это важные детали, которые делают человека… человеком.

— У нас… — Голос предательски дрожит. — Не было времени узнать друг друга лучше.

— У Ронгара невероятно сильная магия, как и у всех моих генералов. — Конгар говорит медленно, словно раскрывая важную тайну. — Но особенность твоего мужа, Эйми, в том, что он непревзойдённый мастер иллюзий. Иллюзорная магия — сложнейшее искусство, доступное далеко не каждому. Но Ронгар владеет ею в совершенстве.

Моё сердце замирает, а потом начинает бешено колотиться, когда страшная догадка пронзает сознание.

— Вы хотите сказать… что никаких кругов на самом деле не было?

Ярость вспыхивает во мне, подобно пожару. Он обманул меня! И пусть это была всего лишь иллюзия, но сам факт того, что он заставил меня пережить этот кошмар, поверить, что я могу лишиться рассудка… Как такое можно простить⁈

В груди клокочет обида, смешанная с горьким разочарованием. Предательство жжёт сильнее раскалённого железа, и я чувствую, как по щекам катятся горячие слёзы бессильной злости.

— Ты всё правильно поняла. — Голос Конгара звучит с непривычной мягкостью. — Кругов не было. А что касается твоих страхов о превращении мозгов в кашу… — Его губы дрогнули в лёгкой усмешке. — Такой участи удостаиваются только предатели. Ронгар вёл тебя ко мне лишь для того, чтобы подтвердить правдивость твоих слов о метке. Ты была в полной безопасности.

«В безопасности?»

Горечь затапливает душу, а в груди разрастается болезненный ком.

Почему же тогда муж молчал? Почему позволил мне захлёбываться в собственных страхах, представляя самые чудовищные варианты судьбы? От обиды щемит сердце.

Внезапно тишину разрывает мучительный стон со стороны раненого генерала Райдена. Его слабый, измученный голос едва слышен.

— П… пить…

Я инстинктивно дёргаюсь к нему, но Конгар оказывается быстрее. У меня перехватывает дыхание от неожиданности: могущественный Верховный дракон, внушающий трепет всему живому, сейчас бережно поддерживает голову своего генерала, помогая ему сделать несколько глотков.

От этого зрелища что-то переворачивается в душе, заставляя пересмотреть все мои представления о драконах.

Да, они жестоки и безжалостны, но способны на такие… человечные поступки. И как я могу выносить им приговор, если совершенно их не знаю? Стыд окатывает горячей волной за мои поспешные суждения.

— Пойдём. — Конгар выпрямляется, его голос звучит устало. — Дэмиану нужен покой. Скоро ему предстоит узнать не самые приятные новости.

Когда мы выходим из шатра, меня начинает трясти от напряжения.

— Что… что будет со мной? — Мой голос дрожит, а внутренности скручивает от страха.

— Будешь жить. — Он пожимает плечами с такой будничностью, словно речь идёт о погоде. — Таких, как ты, не было очень давно. Кстати… — Его глаза хитро блестят. — Мне ещё предстоит познакомиться с твоей подругой.

Ужас холодной волной прокатывается по телу: он знает и о Давине!

— Вы же не… — Слова застревают в горле.

— Не бойся. — Дракон демонстративно закатывает глаза, что выглядит почти комично для грозного Верховного. — Не трону. Если хотите, можем официально объявить о вашем происхождении.

— Нет! — выпаливаю я почти в панике.

Последнее, чего мне хочется, — это оказаться в центре всеобщего внимания. Хотя насчёт Давины нужно спросить её саму…