— Ренар, познакомься, это моя сестра Давина, — запоздало представляю я девушку.

Да уж, лучше поздно, чем никогда.

— Красивая. — Астерианец склоняет голову набок, едва не облизываясь на девушку.

Даже неловко становится, чувствую себя лишней.

Сестра прищуривается и со злостью говорит:

— Не смотри так, будто мысленно уже забросил меня на плечо и потащил в свою пещеру.

Сдерживаю нервный смешок, когда астерианец смешно округляет глаза. М-да, кажется, сестрице в рот палец не клади.

— Мы не живём в пещерах. У нас каменные дома, — поясняет астерианец.

Кажется, ему неизвестно, что такое юмор. А за Давину я переживаю чуточку меньше. Она себя в обиду точно не даст.

— Так что привело тебя сегодня к нам? — повторяю я свой вопрос.

Переведя взгляд на меня, мужчина начинает:

— Ты лекарь, а «цветочная гниль» дошла и до нас. Эта зараза поражает только женщин, ведь они не способны к обороту.

— Я слышала об эпидемии. Но ведь у меня простые травы. Я даже не знаю, что это за болезнь, и чем её лечить — тоже понятия не имею.

— У тебя есть магия, — замечает Ренар.

Что? Он знает, что во мне есть сила? Но как? Откуда узнал?

— Астерианцы чувствуют магию. И то, что в городе, лишенном магии, есть такая сила, не могло пройти мимо нас, — сообщает мужчина.

Учуял! А Ронгар тоже чует? Если он так удивился магии Давины, то как отреагирует на мою? Ох, что же будет⁈

— А у вас разве нет магии? — интересуюсь я.

— Нет, мы только чувствуем её. Хотя, если сказать точнее, наша магия направлена на то, чтобы менять ипостась. В привычном понимании мы магичить не можем.

— И в кого же ты превращаешься? — спрашивает Давина.

— Ты хочешь посмотреть? — Ренар наклоняется вперед, с жаром глядя на девушку.

Вот же! Может, мне уйти?

— Ещё чего, — фыркает Давина.

— Давайте вернёмся к эпидемии, — произношу я. — Так вот, чтобы понять, что это за болезнь, мне надо хоть взглянуть на неё.

И всё же мне страшно. Не потому, что я могу заболеть, а потому, что моих знаний может быть недостаточно. Я боюсь не справиться, не смогу смотреть на то, как умирают невинные…

Нет, не буду об этом думать.

— Ты можешь пойти в наш клан, — говорит астерианец.

— Зачем так далеко? Ведь болеют и жители городка. Не думаю, что болезнь отличается.

— А что, если и ты заболеешь? — Давина с беспокойством смотрит на меня. — Я ничего не смыслю в медицине, но ты покажи мне, что делать. Я научусь. Одной тебе будет тяжело, а так я на подхвате. Поручишь мне что-то несложное.

С благодарностью смотрю на сестру и соглашаюсь.

Быстро собравшись, мы с Ренаром спускаемся по лестнице. Давину было решено оставить дома. Нельзя допустить, чтобы Шипшун увидел её в добром здравии. Нам бы с болезнью справиться, а там начнём войну с этим паразитом.

В наш разговор Ренар не вмешивается. Однако стоит Давине уйти, как астерианец тихо спрашивает:

— Что сделал этот лекарь моей женщине?

— Во-первых, если не хочешь её злить, то не называй Давину «своей женщиной» до тех пор, пока она не позволит это, — произношу я. — А насчёт Шипшуна — он провёл сестру через круги Оргоса, и она едва не лишилась рассудка.

Ох, лучше бы мне заткнуться! По спине пробегает холодок, когда я смотрю в глаза Ренара. Глаза убийцы!

В следующую секунду стены дома дрожат от яростного рычания, а черты астерианца меняются на глазах.

— Ты чего? Даже не думай тут превращаться! — раздаётся такой грозный крик, что я вздрагиваю.

На лестнице стоит Давина и недовольно поджимает губы, глядя на Ренара. Глубоко дыша, астерианец медленно поворачивается к сестре.

— Тебя едва не убили, — говорит он, а голос его вибрирует от злости. — Я разорву их на мелкие кусочки.

— Я, конечно, польщена, но позволь мне самой разорвать этих гадов, — твёрдо произносит Давина.

Оу, а я даже не представляла, что девушка такая кровожадная. Хотя в этом мире и нужно быть такой, иначе не выживешь — растопчут.

— Ты женщина! — заявляет Ренар.

Ох, зря он так.