— Это твари Бездны. Они всегда так воют перед атакой. Но вы не бойтесь, госпожа. Генералы — лучшие командиры, которых я знаю. Они не допустят, чтобы хоть одна тварь прорвалась к лагерю. Обычно твари утром выползают, раньше ночью не было тревоги. — Тина хмурится.

— Расскажи мне о них, — прошу я.

Тина приближается, и её лицо становится серьёзным.

— Твари Бездны — это порождения тьмы, госпожа. Они живут в разломах между мирами и питаются жизненной энергией. Обычно они не такие активные, но в последнее время что-то изменилось. Они стали агрессивнее, словно их что-то разбудило…

Звучит ужасающе. Я верю, что Ронгар справится и всё будет хорошо. Это же не первая атака. Так ведь?

Слабое, но хоть какое-то утешение. Так, нельзя раньше времени поддаваться панике. Ронгар велел не выходить из шатра, так что надо подумать, чем себя занять.

— Спасибо за ответ. Скажи, может в лагере кто-то болеет? Я умею лечить, — пытаюсь я найти себе занятие.

— О, нет у нас больных. Генералы хорошо заботятся о своих людях, — сообщает Тина, мечтательно улыбаясь.

Хм. Странное выражение лица. Будто… А не влюблена ли эта девушка в одного из генералов? Может, в Ронгара? А что, если у него с ней связь?

Ох, не о том ты думаешь, Эйми. Не о том.

— Это замечательно, что нет больных. Но есть же какая-то работа для меня?

— Ну-у, сегодня я хотела травы перебрать и высушить, — неуверенно говоритТина.

— Отлично! Неси. Переберём вместе, — говорю я.

— Но… Вы же госпожа, — ужасается она. — Как же…

А в её понимании я должна капризно дуть губки и жаловаться на жизнь? Какие-то странные у неё представления о жёнах генералов. Хотя какая я жена? Да и не госпожа я вовсе.

— Неси. Я не белоручка.

Тина выходит из шатра и вскоре возвращается с кипой трав и приспособлением для их сушки. За работой время идёт быстро. И вот мы заканчиваем с последней партией лечебной травы, как вдруг я спрашиваю:

— Скажи, тебя здесь не обижают?

Тина поднимает на меня удивлённый взгляд и отвечает:

— О нет! Хоть в лагере и не так много девушек, но никто не смеет подойти к нам с непристойным предложением. И никто не посмеет оказывать знаки внимания, если мы того не желаем. А нарушивших устав генералы сурово наказывают.

Значит, в лагере царит порядок. Это радует и показывает, что Ронгар всё же неплохой руководитель.

— А что ты ск… — внезапно снаружи раздаётся истеричный женский визг.

— Что-то случилось?

Я вскакиваю на ноги, а вслед за мной и Тина.

— Я посмотрю, — говорит взволнованно девушка.

— Я с тобой, — решаю я.

— Но вам ведь нельзя, — возражает Тина.

Точно, Ронгар запретил. Но этот крик… Что-то ведь случилось.

Подхожу к пологу и отодвигаю тяжёлую ткань.

— Госпожа, вам нельзя покидать шатёр. — Воин будто из-под земли вырастает. — Это приказ генерала.

— Но что происходит? Девушка кричала. — Я смотрю на мужчину.

— Проверим. Прошу, вернитесь в шат… Проклятая Бездна! — рычит мужчина, бледнея на глазах. — Внимание! Готовьтесь к отражению атаки!

Какая атака? Кто напал? Проследив за взглядом воина, я холодею от ужаса.

— Что это за тварь? — в ужасе кричу я, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

Чудовище вылезло из-под земли. От одного вида этого существа меня парализует животным страхом, а внутренности скручиваются в тугой узел. Кожа твари, покрытая отвратительной слизью и острыми наростами, была бледно-зеленого цвета, отчего к горлу подкатывала новая волна тошноты.

Оно стоит в нескольких метрах от шатра, но смрад, исходящий от него, заставляет меня задыхаться. Тошнотворный запах, напоминающий смесь тухлой рыбы и гниющих водорослей, пропитывает всё вокруг, и я чувствую, как желудок судорожно сжимается.

Меня трясёт от отвращения и страха.

— Что н…

— Тшш, — обрывает меня Тина, бледнея на глазах.

Её лицо приобретает пепельный оттенок, а в расширенных зрачках плещется неприкрытый ужас.

«Нельзя говорить? Но почему?» — в панике думаю я, чувствуя, как бешено колотится сердце.