Где же старая обшарпанная краска? Это точно мой дом? Он выглядит как новый! Стены выкрашены в белоснежный цвет, и крыша новая.

Я ведь отсутствовала ну максимум часов пять!

Дракон плавно приземляется, и в следующее мгновение его тело окутывается сиянием, и вот на землю опускается Ронгар, держа меня в руках.

— Отпусти, — прошу я мужа.

Под странным, изучающим взглядом мужа моё тело покрывается мурашками.

— Кто ты? — произносит тихо генерал, словно разговаривая сам с собой.

В его глазах мелькает что-то непонятное, почти пугающее.

— Что? — сглатывая, переспрашиваю я.

— Говорю, тебе нравится? — Муж кивает на дом и опускает меня на землю.

Неужели мне послышалось?

— Красиво, но не стоило утруждаться, — отвечаю я. — Кстати, я уже взрослая девочка, и няньки мне не нужны. — Я указываю на людей генерала, что сидят в моём дворе.

При виде генерала они вытягиваются по струнке и отдают ему честь. Кивнув им, дракон оборачивается ко мне.

— Зато мне нужны, — бросает Ронгар, глядя поверх моей головы.

— Ты слышала? У Шипшуна появилось какое-то чудодейственное средство от этой напасти.

— А толку-то? Говорят, целое состояние стоит. Нам точно не по карману!

Я слышу разговор мимо проходящих мужчин.

У Шипшуна есть лекарство? Откуда?

— Идём в дом.

Голос Ронгара звучит холодно и отстранённо.

Едва мы переступаем порог, как слышим доносящиеся сверху крики. Там что, кровавая бойня? Что эти двое устроили на время моего отсутствия?

Вижу, как Ронгар хмурится, и я невольно замечаю, как между его бровями залегает глубокая морщинка. Интересно, умеет ли этот суровый ящер вообще улыбаться?

Впрочем, сейчас не время думать об этом — нужно срочно разобраться, что происходит наверху, пока эта огненная парочка не поубивала друг друга.

Но, прежде чем я успеваю сделать шаг к лестнице, Ронгар удерживает меня за локоть. Его прикосновение обжигает даже сквозь ткань платья.

— Стой здесь. Я вышвырну этого кошака в окно, — рычит дракон.

Что он сделает в моём доме? Ну это уже наглость!

Крики наверху становятся громче. Кажется, я слышу звон разбитого стекла. Боги, надеюсь, они там действительно не убьют друг друга!

— Да только посмей, киса! — кричит Давина.

В ответ я слышу яростное рычание и писк сестры.

— Это мой дом! Мои правила! Мои гости! — говорю я и, решительно высвободив руку из хватки муженька, бегу наверх.

Рывком распахиваю дверь и…

— Ой! — удивлённо вскрикиваю я и прикрываю рот рукой.

Сердце пропускает удар, когда я вижу эту сцену. Давина, словно разъярённая валькирия, восседает на Ренаре. Астерианец распластан на узкой кровати, а шелковистые пряди волос сестры окутывают его лицо.

Давина, пылая праведным гневом, вкладывает всю свою ярость в попытку придушить «несчастного» подушкой. Его руки властно удерживают её талию. Приглушённое рычание Ренара, переходящее в утробный смех, звучит первобытной страстью. Ох ты ж!

Жар смущения растекается по моим щекам, подобно расплавленному металлу. Картина передо мной слишком… интимная. Да это же настоящие брачные игрища. А я-то успела нарисовать в воображении кровавую бойню.

Захлопнув дверь, я отступаю и врезаюсь в твёрдую, как гранитная стена, грудь Ронгара. От его близости по коже бегут предательские мурашки.

— Кажется, им весело.

Его низкий голос отдаётся вибрацией в солнечном сплетении, а взгляд прожигает насквозь.

Сердце предательски ускоряет ритм. Нет-нет, только не думать о том, как мы могли бы оказаться на их месте! Абсурд! Суровый генерал не опустится до таких игр, а я… я — тем более!

От звуков возни за дверью я нервно переминаюсь с ноги на ногу. Щёки пылают ещё сильнее.

— А кошак не промах.

Хриплый голос генерала и его многозначительная ухмылка заставляют мой желудок сделать кульбит.

Собрав остатки самообладания, я разворачиваюсь к нему. Пытаюсь придать взгляду максимальную строгость.

— Благодарю за то, что вернул меня. — Мой голос звучит натянуто вежливо, будто струна, готовая лопнуть. — Думаю, ты спешишь. У генерала ведь много важных дел.