Вспышка-воспоминание из прошлого Астры застала меня врасплох. Похоже, включилась телесная память, когда появился яркий якорь — пугающие громкие звуки, будто дом на утесе рушится…

* * *

Гроза разыгралась не на шутку, яркие вспышки молний проникали даже сквозь заколоченные окна. Гремело так, что казалось — дом покатился с утеса и вот-вот плюхнется в чистейшее озеро у подножия горы. Тогда оно замутнеет, питьевая вода в городе закончится, и жители Кантилевера снова обвинят тетушку Надину.

И ее воспитанницу вместе с ней. И на этот раз будут правы.

— Мне осталось недолго, Астра.

— Тетушка! — взмолилась Астра тихонечко. — Не надо так говорить…

Она не слушала и продолжала наставления:

— В грозу самый подходящий момент, чтобы запечатать остатки моей силы в сосуд. Им послужит древний артефакт. — Она постучала крючковатым пальцем по пузатому кругляшу с узорами из незнакомых рун. — Твой единственный шанс на безбедную жизнь — выйти замуж за дракона.

Астра вздрогнула, будто молния проникла в окно и поразила ее в самое сердце.

— И почему обязательно за дракона? — еле слышно промямлила она. — Можно же выбрать симпатичного и работящего…

— Нельзя! — рявкнула Надина, перекрывая раскат грома.

И откуда в угасающем теле взялось столько сил? Астра и возражать-то осмелилась только потому, что видела ее состояние, иначе молчала бы и кивала, как обычно.

— Они все меня боятся! — прокряхтела Надина. — А тобой брезгуют. Кто знает, что удумают, если у тебя не будет защитника! Генрих, тот вообще разбойник. Продаст в бордель. Он предлагал мне не раз и не два! Приплетал какой-то долг, которого нет. — Тетушка возмущенно закатила глаза под тонкие сухие веки и взмахнула руками, будто разгоняла густое облако пепла.

Астра очень некстати чихнула. Надина встрепенулась, качнула головой и подняла палец кверху, мол, вот видишь, правда.

— Город мне еще должен! Кто, ты думаешь, бережет их скот от дракона? Я и моя сила.

В ответ Астра тяжело вздохнула, рассудив, что как только сила тетушки иссякнет, и дракон начнет пожирать скот горожан, все шишки посыпятся на ее воспитанницу.

— Хочешь в бордель? — грозно спросила Надина, вернувшись к теме, и скучила брови.

Астра закусила губу, чтобы не расплакаться, и яростно помотала головой.

— Дракона они тоже боятся! — заключила Надина. — А значит, тебя не тронут.

Так же глотая слезы, девушка закивала. Дракон действительно был очень страшным и огромным. Но мысли о публичном доме затмевали ужас перед ящером.

— В монастырь тебе тоже не надо, девочка моя, — успокоившись протянула Надина без прежней страсти. — В моей старинной книге много рецептов. Там есть способ обхитрить ящера и призвать истинность.

— А по-честному нельзя? — как сквознячок, еле слышно прошептала Астра. — Может, я и так истинная…

— Что ты там жуешь, Астра?! — снова рассердилась тетушка. — Нет же! Его истинная ушла в мир иной много лет назад. В наших землях ее больше нет и быть не может.

Девичье тощее тельце содрогнулось.

От предвкушения жуткого древнего колдовства у девушки застучали зубы.

Что будет с ней, когда дракон учует обман?

Спрашивать и спорить она больше не решалась. Стиснула челюсти, чтобы ненароком не откусить язык, и слушала инструкции тетушки Надины. Своей магической силы у Астры никогда не было, а потому потребуется воспользоваться тетушкиным даром. Но уже после того, как она уйдет в мир иной, чтобы никто и никогда не заподозрил неладное. А потому ведьмовскую силу надо заранее запереть в артефакт.

* * *

Я медленно возвращалась в настоящее, но у меня перед глазами все еще плыли темные пятна грозового вечера. И я поспешно отметила про себя, чтобы не забыть в суете: найти ведьмовскую книгу рецептов, которую упоминала Надина. Это из нее был выдран тот листок, что я нашла с утра на столе.

Бывшую хозяйку моего юного тела стало особенно жалко. Бедняжке угрожали то борделем, то монастырем. И чтобы подстраховаться, наколдовали… меня. Астра уже тогда чувствовала, что обман выйдет боком.

А у меня под боком копошилась Вишня и лизала мои тонкие пальчики нежным розовым язычком. Я наконец сфокусировалась и обнаружила, что распласталась в телеге навзничь. Сверху надо мной нависли двое мужчин.

— Кошечки-моркошечки! — с перепугу выдала я. — Лучше в монастырь.

Мужчины ошалело переглянулись.

Один — знакомый извозчик. Другой — крепко сложенный, привлекательный, со светлыми волосами, с шикарной улыбкой… за которой в моем мире девчонки бегают со смартфонами и делают селфи на фоне их обладателей. Потом за пигалицами требуется подтирать слюни. Но я на такое не поведусь.

Оба забрались в телегу с ногами и уперлись руками в колени, смешно отклячив за-а… закорки.