Курт тоже помогал. Менять балки на террасе — последнее, что осталось починить, чтобы домишко в ближайшем будущем не рассыпался — в пору наплыва гостей я ему запретила. А потому до обеда он занимался ремонтом, а после брал на себя торговый зал.

Безупречная улыбка и привлекательные ямочки на лице каменщика помогали продать в два раза больше товара.

— Асины пельмени приносят удачу! — уверял он каждого покупателя и весело подмигивал.

— Пель-ме? И? — переспрашивали зачастую.

— Удачу, здоровье и много чего еще! — кивал он и припоминал Старика Маклая, которого мы потом долго обсуждали после успешного дня.

А Поварская Книга подпрыгивала на столе и настоятельно требовала добавлять «крольчинку» во все блюда. Мол пельмени будут просто волшебные! Я никак не могла понять, что она имела в виду…

Этому способствовала и тотальная загруженность! Вопреки моим опасениям и покупатели, и гости возвращались. Приходили новые. И готовить эти “волшебные пельмени” мне приходилось в два раза быстрее!

Удалось даже скопить кое-что в счет долгов и на зарплату Лине.

Вишню из кухни я не прогоняла, да и следить за ней было особо некогда. Казалось даже, что вместе с пушистой помощницей работалось быстрее и легче. Стоило ей тронуть ушком тесто, как то становилось податливее и буквально само соединяло кромки. А если крольчиха совала нос в миску с начинкой, блюдо получалось в разы сочнее и собирало множество комплиментов.

Неужто и правда моя необычная питомица наделяла кушанье особыми свойствами?

Я же в свою очередь тоже готовила комплимент всем, кто возвращался в мою пельменную снова — кружевные блинчики со сметанным кремом. За нежный десерт оплату не брала, и гости уходили сытые и невероятно довольные.

В водовороте дней я сбилась со счета, как давно Файрон улетел в столицу. У меня в каждом очаге и нагревателе полыхали его драконьи камни. И рядом с этим огоньком казалось, будто и герцог где-то неподалеку.

В то утро, когда Файрон вернулся в Кантилевер, лил дождь. Частый и теплый, он барабанил по крыше и убаюкивал, вместо того чтобы подбодрить на трудовые подвиги. Еще сквозь сон я услышала, будто ветер трепал шторы, выпорхнувшие в открытые окна. Подскочив на кровати, я обнаружила, что шторы на месте, а возня доносится с кухни.

Я выглянула в щелочку. Файрон хлопотал вокруг стола, организуя для Дина завтрак. Оказывается, мальчик уже встал и завороженно принюхивался к нарезанному добротными ломтями мясному окороку.

В моей кладовой такого не было! Неужто Файрон принес из столицы гостинцы?

Обрадовавшись, я дернулась вперед, думала ввалиться в кухню и забыв о недомолвках обнять герцога и расцеловать в обе щеки. Но он внезапно заговорил с Дином, и я решила не нарушать мужскую идиллию. Притаилась под дверью и бесстыдно подслушивала.

— Вижу, ты меня не подвел, — начал Файрон. — Хорошо присматривал за Асей.

— А то, — просиял Дин. — У нас тут очень весело! У Асечки во-о-от столько гостей! — Он взмахнул ручками, изображая гору и задрал голову, устремляя взгляд в потолок. — Как до луны. И все голодные. Я тут просто летал по дому!

— Тесно же, — по-доброму усмехнулся Файрон.

— Так не драконом. Я прямо так, — насторожился Дин.

— У меня есть один драконий секрет, — доверительно сказал Файрон, видимо, чтобы не спугнуть мальчика.

Так! Подслушивать секреты нехорошо. А потому я закрыла уши ладошками, но раздвинула пальчики, чтобы ничего не пропустить.

— А можно уже мяско? — не особо заинтересовался Дин. — Кушать ужасно хочется.

— Бери, — разрешил Файрон. — Ты ведь еще ни разу не был на настоящей охоте? А мясо дракону очень нужно.

— Неа, — помотал головой Дин. — Я только однажды превращался…

Он вдруг осекся, втянул голову в плечики и завертелся, будто чего-то испугался.

— Когда попал в Кантилевер, — кивнул Файрон и потрепал мальчонку по рыжей макушке. — Кушай-кушай.

— Это мое любимое мяско, — чуть расслабившись сообщил Дин. — А тут у Асечки такого нет.

— Точно, — согласился Файрон. — Но я знаю, где такого много.

— Где? — всполошился Дин, готовый хоть сразу же бежать в указанном направлении.

— В столице, — отмахнулся Файрон, будто тема его ничуточки не интересовала. — Секрет-то слушать будешь?

— Большой-большой? — уточнил Дин, хватая с тарелки очередной кусок окорока.

— Самый сокровенный. — Он помолчал, дожидаясь полной сосредоточенности от мальчика, и глубоким грудным голосом с бархатистыми интонациями признался: — Я очень люблю Асю.

У меня аж колени ослабли и во рту пересохло. Я хрипло вдохнула и зажала рот ладонями. Он меня любит?

Я все-таки съехала на пол… А из спальни прямо по коридору выползла заспанная Лина с вороньим гнездом на голове.

— Ася, а ты чего тут прилегла? — громко зевнула она. Слишком громко для небольшого каменного домишки!..

Лина меня сдала.