— Если ты освободишь её, она обнимет тебя, — ответила Моргана. — Потому что она ждала этого тысячу лет. Не мести. Не войны. А встречи. И прощения.

Я закрыла глаза.

Передо мной стояли две дороги.

Одна — лёгкая. Оставить всё как есть. Жить с Ксавьером в доме в лесу. Забыть о прошлом. Притворяться, что я — героиня.

Другая — трудная. Признать свою вину. Освободить ту, кого я предала. Рискнуть всем.

Я открыла глаза.

— Я освобожу её, — сказала я. — Но сначала — верну Нику.

— Тогда нам нужно в пустоту, — сказала Моргана. — Туда, где умерла Ника. Туда, где держат души тех, кто принёс себя в жертву.

— Как туда попасть?

— Через портал, — Моргана посмотрела на Ксавьера. — Который откроешь ты.

— Я? — удивился он. — Я не умею открывать порталы.

— Твои метки умеют, — ответила Моргана. — Они — не раны. Они — ключи. Тот, кто создал мир жертвы, отметил тебя как проводника. Ты можешь открыть дорогу туда, откуда никто не возвращался.

— И что там?

— Тьма, — сказала Моргана. — И душа Ники. Если вы успеете.

— Тогда чего мы ждём? — спросил Драко, пряча кинжал. — Я хочу её вернуть.

— Мы все хотим, — сказала я. — Но сначала — план. Без плана мы умрём. И тогда её жертва будет напрасной.

Мы сели в круг.

Моргана достала карту — не бумажную, а живую, сотканную из теней.

— Смотрите, — сказала она. — Вот где мы. Вот где пустота. А вот — тот, кто охраняет вход.

— Кто? — спросил Ксавьер.

— Ваш старый знакомый, — Моргана усмехнулась. — Тот, кто не умер. Тот, кто ждал. Тот, кто ненавидит Алису больше всех.

— Северин? — спросила я.

— Нет, — Моргана покачала головой. — Ведьма Хаоса. Часть её, которая не была запечатана. Её тень. Она ждёт тебя в пустоте. И она не отдаст Нику без боя.

Я сжала кулаки.

— Тогда мы дадим ей бой.

Глава 32. Тень, которая лгала

Портал открылся на рассвете.

Ксавьер стоял в центре комнаты, и чёрные метки на его груди светились, пульсировали, тянулись в разные стороны, как щупальца. Он не кричал — давно научился терпеть боль, — но я видела, как дрожат его руки, как побелели костяшки пальцев, сжимающих кинжал.

— Ты как? — спросила я, подходя ближе.

— Лучше не спрашивай, — ответил он сквозь зубы. — Открывай уже, пока я не передумал.

Моргана стояла у него за спиной, шептала древние слова на языке, которого я не понимала, но который чувствовала — он пах ложью. Слишком сладкой, слишком правильной.

Я не придала этому значения тогда.

Потому что верила ей.

Потому что хотела верить.

Потому что правда была слишком страшной.

Портал разверзся — чёрный провал посреди московской квартиры, которая не была моей. Из него тянуло холодом и тишиной. Той самой, что была в мире жертвы, где умерла Ника.

— Идите, — сказала Моргана. — Времени мало. Душа Ники угасает с каждой минутой.

— Ты не идёшь с нами? — спросил Драко.

— Я должна держать портал открытым, — она покачала головой. — Без меня вы не вернётесь.

— Она права, — сказал Ксавьер, первым шагая в темноту. — Идём.

Я шагнула следом.

Драко — за мной.

Портал закрылся за нами с тихим вздохом, похожим на прощание.

Пустота встретила нас тишиной.

Не такой, как в источнике — там тьма дышала, жила, угрожала. Здесь была пустота. Абсолютная. Бесконечная. Она не была злой. Она не была доброй. Она просто была.

— Ника! — крикнул Драко. Голос утонул в пустоте, не отразившись от стен, которых не было.

— Она здесь, — сказала я, прислушиваясь к себе. К той части меня, которая была Ведьмой Миров. Которая помнила всё. Даже то, что пыталась забыть.

— Где? — спросил Ксавьер.

— Везде, — ответила я. — И нигде. Её душа рассыпалась, когда она принесла себя в жертву. Мы должны собрать её заново.

— Как?

— Памятью, — я посмотрела на Драко. — Ты любил её. Твои воспоминания — самые сильные. Ты будешь собирать, а мы — защищать.

— От кого? — спросил он.