— Я буду учиться?

— Ты будешь жить. — Он резко остановился, развернул меня к себе. Теперь его золотые глаза были в опасной близости. — Моя сестра хотела поступить в эту академию. Ты лишила её этой мечты. Поэтому ты займёшь её место. Будешь спать в её комнате. Сидеть за её партой. Носить её форму.

— А если я откажусь?

— Тогда я вспомню, что обещал вырвать правду по кусочку. — Он наклонился ещё ближе, и я почувствовала запах озона и старой бумаги. — Выбирай, Чума.

Я выбрала академию.

Комната, в которую меня привели, была маленькой, но не камерой. Узкая кровать, письменный стол, зеркало в треснувшей раме. На подоконнике стоял засохший цветок в горшке.

— Вещи сестры, — коротко бросил Ксавьер, кивнув на шкаф. — Завтра в семь утра построение. Опоздаешь — пеняй на себя.

Он развернулся и вышел. Щёлкнул замок.

Я осталась одна.

Только тогда я позволила себе дышать. Села на кровать, обхватила колени. Серебряные искры погасли. В груди саднило — не физически, а так, будто внутри кто-то плакал. Остатки Лиаран. Или моя собственная тоска по дому?

«Не раскисай, Алиса. Ты соврала ему про память. Значит, у тебя есть что скрывать. А значит — есть чем торговаться».

Я встала, подошла к шкафу. Открыла.

Форма оказалась чёрной, с серебряной вышивкой по вороту. На вешалке висела длинная мантия с гербом — дракон, обвивающий луну. Под ней — брюки, корсет, несколько блузок. И на самой нижней полке — дневник.

Кожаный переплёт, потёртые углы. Я открыла его наугад.

«Сегодня Ксавьер снова на меня не смотрел. Он смотрит сквозь меня, как на пустое место. Мать говорит, что мы обручены с детства, но я не чувствую себя невестой. Я чувствую себя клеткой, в которую он случайно залетел».

Я перевернула страницу.

«Он сказал, что ненавидит меня. Не зло, не холодно. Спокойно. Как констатацию факта. „Ты — ошибка договора, Лиаран. И я никогда тебя не прощу“. За что? Я ничего ему не сделала. Я просто родилась не в том доме».

Сердце кольнуло. Эта девушка, которую все называли Чумой, была… несчастна? Одинока? Влюблена в того, кто её презирал?

Я закрыла дневник и сунула его под подушку.

«Лиаран, девочка, что же ты натворила? И главное — зачем?»

Утро началось с гонга.

Я вылетела из комнаты, на ходу застёгивая корсет. Волосы — чёрные, непривычно длинные — лезли в глаза. Форма оказалась неудобной, но красивой: серебряные нити на вороте холодно поблёскивали при каждом движении.

Построение проходило во внутреннем дворе. Каменные плиты, туман, стелющийся по земле, и десятки студентов в таких же мантиях. Они смотрели на меня.

Нет. Они смотрели на герб на моей груди.

— Это же дом Эрри, — прошипела девушка с русым хвостом. — Та самая Чума?

— Тише, она убила сестру Архейна, — ответил парень. — Говорят, Ксавьер притащил её лично. Хочет сделать жизнь адом.

— А если она опасна?

— Тогда пусть ад и начнётся.

Я подняла подбородок. Вспомнила, какой была Лиаран в чужих воспоминаниях — надменной, острой, как лезвие. И шагнула в строй, ни на кого не глядя.

— Чума, — раздался голос сзади.

Я обернулась. Ксавьер стоял в трёх шагах, в такой же чёрной форме, но без мантии. Белые волосы стянуты в низкий хвост. Глаза — всё те же, расплавленное золото.

— Сегодня первое испытание. Будешь проходить вместо моей сестры. — Он улыбнулся той же ледяной улыбкой, что в подвале. — Не умри. Мне ещё нужно вырвать из тебя правду.

— Боишься, что я сдохну раньше, чем ты насытишься местью? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

Он не ответил. Прошёл мимо, обдав запахом озона.

А я вдруг поняла, что моё сердце снова пропустило удар.

И что это очень, очень плохо.

Глава 3. Лабиринт Страхов

Полигон оказался огромной чашей из чёрного камня, в центре которой зиял провал. Тьма клубилась внутри, живая, голодная. Она шевелилась, как спящий зверь, и оттуда тянуло холодом, от которого у меня свело живот.