Она стояла на коленях, опираясь на руку. Бледная, слабая, но живая. В её глазах больше не было пустоты. В них был огонь.

— Я помогу тебе, Алиса, — сказала она. — Я должна.

— Ты не сможешь, — покачала я головой. — Ты слишком слаба.

— Тогда я сделаю то, что умею лучше всего. — Ника усмехнулась. — Я буду отвлекать.

Она подняла руку и выпустила в Ведьму Хаоса слабый, почти невидимый луч тьмы. Не чтобы ранить. Чтобы разозлить.

Ведьма отвлеклась.

На секунду. Всего на секунду.

Но мне хватило.

— Ксавьер! — крикнула я. — Сейчас!

Он понял без слов.

Тени ударили с двух сторон — мои и его. Свет и тьма сплелись в один поток, ударили в Ведьму Хаоса, сбили её с ног.

Она упала на алтарь.

— Это не убьёт её, — сказала я. — Но задержит.

— Что нам делать? — спросил Ксавьер.

— Нам — ничего, — ответила я. — А мне — вспомнить ещё кое-что.

Я закрыла глаза.

И позвала.

— Духи древности, те, кто были со мной в начале. Я — ваша создательница. Я — та, кто дала вам форму и имя. Я призываю вас. Придите. Защитите этот мир. Как вы защищали его тысячи лет назад.

Тишина.

А потом земля под ногами задрожала.

Они выходили из стен, из пола, из воздуха.

Прозрачные фигуры, сотканные из света и памяти. Великаны и карлики. Звери с крыльями и люди без лиц. Они были разными, но в каждом я узнавала свою руку.

— Мы помним, — сказал один из них. Голос его звучал, как шум моря. — Ты дала нам жизнь. Мы отдадим её за тебя.

— Не надо умирать, — покачала я головой. — Просто задержите её. Пока я не закончу.

Духи окружили Ведьму Хаоса.

Она закричала, пытаясь вырваться, но они держали её. Светлые руки, тёмные руки, руки из ветра, рук из камня — они смыкались вокруг неё клеткой.

— Ты не посмеешь! — крикнула она мне. — Если ты запечатаешь меня снова, ты потеряешь свою силу! Ты снова станешь никем! Ты снова забудешь всё!

— Знаю, — ответила я. — Но лучше быть никем в мире, который жив, чем всем в мире, который сгорел.

Я подошла к ней.

Положила руку на её лоб — туда, где горел знак отрицания.

— Прощай, сестра, — сказала я. — Мы могли быть великими вместе. Но ты выбрала тьму. А я выбрала жизнь.

Свет вырвался из моей ладони.

Ведьма Хаоса закричала.

А потом исчезла.

Втянулась в свой знак, сжалась в точку, погасла.

И стало тихо.

Я упала на колени.

Сила уходила из меня, как песок сквозь пальцы. Я чувствовала, как воспоминания тают. Как мир становится плоским. Как я снова становлюсь просто Алисой.

— Алиса! — Ксавьер подхватил меня, не давая упасть.

— Я в порядке, — прошептала я. — Просто… устала.

— Ты снова всё отдала, — сказал он. — Снова.

— Привычка, — я попыталась улыбнуться. — Плохая.

Рядом опустилась Ника. Она выглядела лучше — цвет лица вернулся, глаза сияли.

— Ты спасла меня, — сказала она. — И мир. И всех. Зачем?

— Потому что ты заслуживала второго шанса, — ответила я. — Мы все заслуживаем.

Ника заплакала.

В этот раз — не от боли, а от облегчения.

Мурка прыгнула мне на колени.

— Ты была великолепна, — сказала кошка. — Как в старые времена.

— Я ничего не помню, — призналась я.

— И не надо, — ответила Мурка. — Ты создала новые воспоминания. Лучше, чем старые.

Мы сидели в разрушенном зале, среди осколков камня и угасающих духов. Духи таяли, возвращаясь в стены, из которых пришли.

— Что теперь? — спросил Ксавьер.

— Теперь — домой, — сказала я. — Я хочу домой.

— В какой? — спросил он. — В Москву или в академию?

Я посмотрела на него. На Нику. На Мурку. На свои руки — чужие и одновременно свои.

— В оба, — ответила я. — Наверное.

Ксавьер поцеловал меня в лоб.

— Тогда пойдём, — сказал он. — Я провожу.

Мы пошли наверх.

Выходя из источника, я оглянулась. В глубине, там, где когда-то стоял алтарь, теперь было пусто. Тьма рассеялась. Свет угас.