– Могло быть хуже, — он пожимает плечами, — если бы твоя жена так вовремя не шибанула тебя по башке топором, — усмехается невесело. — Тогда у меня не было бы повода затащить тебя в больницу, сделать полное обследование и обнаружить… опухоль в твоей голове. Так что скажи спасибо своей Варе.

– Варя… – эхом повторяю я.

На автомате нащупываю под подушкой телефон. Несколько бесконечно долгих секунд — в чёрный экран.

Борюсь с собой.

Но понимаю, что проигрываю.

Примерно тридцать на семьдесят…

Разблокирую мобильник и набираю номер любимой.

Признаться, даже не жду, что она снимет трубку. Ненавидит ведь меня.

Но она в который раз за последние дни умудряется меня удивить:

— Чего тебе ещё от меня надо, Глеб?! — воет опять. Из-за меня козла. — Сколько просить оставить меня в покое?! Я больше не хочу! Не хочу быть ни обузой, ни подопечной, ни женой, никакой!

– Хорошо… – мой голос скрипит. – Я дам тебе… развод.

— Приехали, Варвара Петровна, — говорит водитель, паркуясь у ворот поликлиники.

— Спасибо, ребята, — киваю охранникам, вмененным мне мужем, в качестве условия для развода.

Иначе, в текущей обострившейся ситуации с его конкурентами, он бы меня ни за что не отпустил.

Вообще я удивлена, что он все же согласился на развод. Думала он никогда не сможет оставить свои эгоистичные попытки меня вернуть. Но он вдруг сдался.

И это совсем не похоже на Глеба.

С чего бы вдруг?

Знаю, что сама этого просила. И должна радоваться, что он передумал, но не могу перестать терзаться мыслями.

Может проблемы с конкурентами вышли на новый уровень? Может ему грозит опасность?

Или же он наконец осознал как ранил меня, и хоть в какой-то мере понял, что я вовсе не его собственность?

Хотя ладно. Скорее всего причина его внезапной перемены куда более прозаична. Наверно он просто понял, что у него достаточно женщин, чтобы быстро забыть ненужную жену. Тут пожалуй наоборот стоило удивляться, почему он сразу не пришёл к такому выводу, а упорно пытался меня удержать. Будто я для него что-то значу.

Не значу. И это было понятно с того момента как я застала его с той бабой.

Казалось бы живи да радуйся, что неверный муж который совершенно не ценит меня наконец-таки отстал.

Да вот только где-то глубоко-глубоко в душе я все же надеялась, что имела для него значение.

Выходит ошиблась.

Я действительно была для него просто обузой, навязанной отцом. Сейчас должно быть он живёт в свое удовольствие, больше ни от кого не скрываясь. Так, как и должен был с самого начала, если бы не отец с этой странной просьбой «оберегать меня».

Никак не отпускает дурацкое чувство вины, что я попросту испортила жизнь мужу. Пусть и нехотя.

А он в свою очередь мне. Должно быть тоже нехотя.

И теперь я в новом месте. Пытаюсь заново строить свою жизнь. Будто ничего и не было.

А еще думаю, как бы наконец избавиться от этих навязчивых охранников, пока живот все еще можно прятать под одеждой.

Ведь еще каких-то пара недель, и никакой сарафан с завышенной талией уже не сможет скрыть от них мое положение.

А если они узнают, то моментально доложат Глебу. Тогда он, в свою очередь, может передумать отпускать меня. Я не готова снова противостоять ему. И портить жизнь нам обоим.

Я ведь только учусь жить без него.

Засыпать без него. Одергивать себя в течении дня каждый раз, когда вспоминаю о нем.

Вот как сейчас. Просто не могу перестать о нем думать же!

А бывает и еще хуже.

По привычке начинаю волноваться поел ли он. Как у него дела? Думает ли он обо мне? Скучает ли?

Нет, конечно. Бестолковая.

Но глупое сердце почему-то никак не угомонится.

Да, я беспокоюсь об этом предателе. И ничего не могу с собой поделать.

Если среди белого дня еще как-то удается отмахиваться от навязчивых мыслей, то ночью и вовсе никакого сносу нет. Я либо совсем не сплю, и не могу перестать думать о нём. Либо все же проваливаюсь в беспокойную дрему, и тогда меня начинают мучить тревожные сны, от которых я часто просыпаюсь в холодном поту. Затем снова не могу уснуть. И так по кругу.

Что б его.

Я ведь правда надеялась, что получив согласие на развод, я наконец отделалась от него. Но он даже в мыслях преследует меня.

Шагаю по коридору небольшой провинциальной поликлиники, и охранники ни на шаг не отстают от меня.

Уж не знаю насколько всё ещё обострён конфликт у Глеба с его конкурентами, но надеюсь что это преследование скоро закончится.

– Вам обязательно по всем кабинетам со мной ходить? – возмущаюсь я небезосновательно.