Энид отскочила подальше, пока Даргнар, повинуясь жесту моего мужа, убрал одеяло и задрал сорочку почти до шеи Рейна. Парня я ещё днём проинструктировала, чтобы не мешал и не протестовал, когда приведу герцога и его людей. Не время для эмоций и оправданий.

— Лекаря живо сюда! Но тихо!

Я знала, что Лютвик, местный лекарь вернулся ещё днём, но привлекать не решилась, опасаясь утечки информации Энид даже сбегала к нему, чтобы купить мазь от синяков и ранозаживляющую. Вроде как про запас. Всё, что было возможно сделать своими силами, мы со служанкой сделали. Мне даже удалось немного расспросить Рейна о том нашем разговоре, чтобы как-то свести воедино свои воспоминания и сделать соответствующие выводы.

— Энид, покажите, пожалуйста, милорду те вещи, в которых был Рейнальд, когда мы его нашли.

Служанка вытряхнула из мешка требуемое и показала присутствующим грязные, испачканную в крови, рвоте и естественных выделениях одежду.

Явившемуся Лютвику я рассказала, что и как мы делали перед тем, как тот приступил к осмотру. Затем подошла к Адаму и тронула его за рукав:

— Милорд, думаю, нам стоит продолжить разговор в другом месте.

* * *

Муж распорядился, чтобы Даргнар и Боргес отнесли Рейна к лекарю, а Энид сожгла испорченную одежду. Хайтры прямо на простыне подхватили парня и оправились к целителю. Весьма удачно, что «лекарня» занимала несколько помещений: комнату Лютвика, в которой он спал, каморку для изготовления снадобий, отваров, мазей и небольшого зала вроде общей палаты, использовавшийся для лечения заболевших слуг.

— Эмилия, может, мальчишка сам виноват, что его наказали.

— Вот именно поэтому я сразу и не пришла к тебе. Мне нужно было выяснить, что произошло. Скажи, Лютвик не проболтается управляющему, что я нашла Рейнальда?

— Исключено. Ты же неспроста навела столько таинственности из-за какого-то слуги.

— Верно. Могу я попросить, чтобы кто-то из твоих подчинённых понаблюдал за этим местом и не давал управляющему сюда пробраться, если он явится до того, как разыграем небольшой спектакль? Но так, чтобы это не выглядело, что кладовку специально охраняют.

— Я распоряжусь. Что дальше? Учти, моё терпение не бесконечно, Эмилия.

— Хочу, чтобы в твоём присутствии Даргнар и Боргес перетряхнули комнату Рейнальда.

— И что они должны найти?

— Деньги. Вернее, их полное отсутствие. Я думаю, что господин Роборн попробует обвинить своего помощника в воровстве. Это самое простое и доступное. К тому же вполне соответствует тяжести наказания в виде побоев. В любом случае, я хочу его спровоцировать на какие-нибудь действия. Если он что-то подкинет, мы уже будем знать, что в комнате Рейнальда появилось что-то лишнее. Это могут быть даже не деньги, а какая-нибудь вещь.

— Но какое отношение это будет иметь к подозрению в нечистоплотном ведении моих дел?

— Если управляющий подставит своего помощника, оправдывая оказанную по отношению к нему жестокость, значит, дело действительно в зерне. Скорее всего, он закупил плохое по дешёвке и для виду прикрыл сверху хорошим. Иначе почему запасов не хватило, ведь Рейнальд мне точно озвучил те же объёмы, что были указаны в записях? Не думаю, что крестьяне внезапно решили пожировать в голодный год.

Адам сжал кулаки:

— Выгоню взашей проходимца! Но если всё действительно обстоит так, как ты думаешь, почему староста ничего мне не сказал? Мы сегодня как раз ездили по этому поводу в селение.

— Скорее всего, тебя боятся, Адам. Людьми чаще и сильнее всего управляет страх, неизведанное. Перед тобой стоят серьёзные задачи, чтобы исполнять свой долг на севере. Там твой приоритет в первую очередь. Здесь же представляет тебя господин Роборн. Ты — власть на этих землях, поэтому никто не решится прямо в лоб сказать, что привезли плохие продукты, боясь разгневать. Мало ли с твоей подачи им отдали траченый товар за какую-нибудь провинность. Ведь всегда найдётся за что наказать, идеально исполняющих свои обязанности нет. Намекнуть, что дело в управляющем тоже не осмелились. Ведь управляющего боятся ещё больше. Большую часть года ведь он распоряжается всем здесь.

— Если это так, то я ему голову оторву своими же руками!

О, как же Адам был взбешён в этот момент! Но явно сдерживался, чтобы прямо сейчас не исполнить обещанное. Поэтому я рискнула продолжить: