А оказавшись на улице, с удивлением обнаружила, что начала испытывать какую-то лёгкость. Нет, я не радовалась, что всё так произошло. Однако дышать полной грудью было уже возможно. Я ведь всегда знала, что Волков меня не любит, но наивно (или даже эгоистично) хотела влюбить в себя этого мужчину. ЗАЧЕМ?

Если мужик тебя не любит, значит, это не твой мужик. Жаль, что простую истину ты понимаешь не сразу. А мне аж восемнадцать лет понадобилось, чтобы осознать, какую глупость я совершала всё это время.

***

Как из ведра хлынул проливной дождь. Подставив лицо под крупные капли, я закрыла глаза и мыслями унеслась словно в параллельную реальность. Не знаю, сколько я вот так простояла. Просто в один момент распахнула взгляд и поняла, что жизнь только начинается: вот прямо здесь и сейчас.

Зашла в ближайший супермаркет. Пока прогуливалась между просторных рядов, забивая тележку продуктами, набрала Танюху на мобильный. С подругой у нас крепкая связь — просто на интуитивном уровне мы понимаем друг друга без слов (не всегда, конечно же, но сейчас был именно тот случай).

— Конечно, приезжай! — коротко ответила Таня на мою фразу: «Ты не хочешь выпить?».

К тому моменту, как я выкатила тележку к кассе, моя промокшая под дождём одежда почти высохла. Я рассчиталась за продукты, которые едва уместились в самый большой пакет, и вызвала такси.

Поездка от супермаркета к дому Тани заняла двадцать минут. Удивительно, но всё это время я тупо пялилась в окно, о Волкове почти не вспоминала — почти… На самом деле вспомнила дважды: первый раз — когда за окном мелькнул парк, где мы когда-то гуляли с Лёшей ещё в молодости, а второй раз — когда он позвонил мне на мобильный. А я не ответила, ткнув пальцем на красную кнопку.

Такси тормознуло у дома подруги. Я рассчиталась за поездку, вышла на улицу и уже в скором времени стояла напротив нужной двери.

— Заходи, — сказала Таня, открыв дверь квартиры.

Я юркнула в коридор, таща за собой пакет. Сняла ненавистные шпильки, не упустив возможности хорошенько их пнуть ногой — подальше в сторону.

Таня у меня одиночка. С замужеством не сложилось, причём дважды, а детей бог не подарил, хотя моя подруга их очень любит.

— Давай я тебе дам свой халат. Платье такое красивое, будет жаль, если испортишь, — предложила Татьяна, окинув меня с ног до головы многозначительным взглядом.

— Давай, — только и сказала я, пожав плечами — мне почему-то было плевать на красивое платье. Испорчу? Ну и что?.. Всё это мелочи жизни, как говорится.

Душевный разговор длился до полуночи. Давно я так сильно не хохотала, как этим вечером или уже ночью?! Не знаю, то ли Таня специально хотела отвлечь меня, то ли оно как-то само собой получилось. Но женский юмор вкупе с сорокаградусным «лекарством» выгоняет из головы любую дурь, как оказалось.

Завалилась я спать с чувством настоящей усталости. Только голова коснулась подушки, как я провалилась в глубокий сон. А рано утром меня разбудил настойчивый звонок мобильного.

— Доброе утро, — услышала бодрый голос Егора.

— Утро добрым не бывает, — буркнула в ответ. Зажала телефон между ухом и плечом и благополучно перевернулась на другой бок. Вдруг ещё получится заснуть?

— Это ещё почему?

— Потому что… потому, — ответила в манере моей Дашки — она всегда так говорила, когда была маленькой.

— Ясно. Голос такой странный. Кажется, кто-то вчера неплохо повеселился и теперь страдает похмельем? — Егор не подкалывал, но я всё равно огрызнулась.

— Давай без нотаций, ладно?

— Эм… вообще-то я не это имел в виду. Ну да ладно.

— Хр-р-р…

— Ты что, храпишь, что ли?

Я резко дёрнулась. Ну надо же — всё-таки уснула, а Егор взял и снова разбудил! И я не злилась на него, нет. Однако раздражение всё равно ошпарило меня как кипяток.

— Что ты ко мне вообще пристал? Прицепился как банный лист… — буркнула недовольно.

— А если я влюбился?

— Не смешно.

— Мне тоже… совсем не смешно.

Пауза.

— Погоди. Ты сейчас серьёзно, что ли? — я даже проснулась от такого разговора и села поудобнее на кровати, подложив под спину подушку.

А в ответ послышался смех.

— Ну наконец-то проснулась! — с усмешкой в голосе. — Вот так бы не сказал, что влюбился, проспала бы прекрасное утро.

Спрашивать: шутил ли Егор или нет — мне не хотелось. Почему-то боялась услышать, что он несерьёзно так сказал. Даже не его шутки боялась, а личного триггера — быть той женщиной, которую нельзя полюбить — ну это больно, если честно.

— Какие планы на сегодня? — продолжил Егор, как ни в чём не бывало.