– Вам идет улыбка, – опрометчиво ляпнул, на мгновение выпав из образа, и тут же прикусил язык, но было поздно.

Ева покраснела до кончиков ушей и смущенно отвела взгляд.

– Поздравляю, Рафаэль, ты - идиот, – мысленно “похвалил” себя.

Моей целью было выяснить, почему Ева так злостно закрывается от меня настоящего, а не влюбить её в Ортегу. Нужно сосредоточиться и перевести разговор в нужное русло. Только в облике друга я чувствовал себя до ужаса неловко.

В этот раз я не ощущал ни капли того привычного веселья, которое испытывал, меняясь личинами с Алонзо и разыгрывая окружающих.

– Прошу прощения, если лезу не в своё дело, обычно я не вмешиваюсь в чужие отношения, – начал издалека, подражая занудному тону Ортеги, – но недавно я случайно услышал отголоски вашего спора с Рафаэлем.

Ева помрачнела, стоило ей услышать моё имя.

– И сейчас мне показалось, что ваше настроение испортилось именно из-за него.

– У меня нет и не может быть никаких чувств к генералу, – холодно отозвалась она.

– Боюсь, вы меня неверно поняли, – улыбнулся я. – Речь не об этом, а о причине вашего спора. Как ученого, меня заинтересовала причина, по которой вы так настойчиво отрицаете плюсы истинности.

– Свои мотивы я аргументировала и не раз. Считаю, что на первом месте должны стоять чувства и восхищения личными качествами избранника, а не метки, – с вызовом бросила она. – И если так сильно хотите подискутировать на данную тему, то объясните мне, как ученый, почему генерал буквально одержим этими печатями!

ГЛАВА 3.3

– Он не одержим, – я невольно поморщился.

Тема была болезненной. Всю правду знали лишь братья и Ортега. Остальные, включая даже бабулю и Мурче, слышали урезанную версию. Поэтому были уверены, что моя детская клятва не имеет силы и её смело можно нарушить.

– Тогда как назвать такую зацикленность? – не отступала Ева. – Объясните, пожалуйста, мне и правда интересно!

Кажется, я сам загнал себя в ловушку. Если промолчу, навсегда лишусь права поднимать эту тему, и тогда придётся отказаться от желания узнать истинные мотивы леди. Я не верил, что в этом деле нет подводных камней, Ева что-то недоговаривает.

– Это долгая и не слишком приятная история, к тому же, я не имею права открывать подробности.

– Расскажите уже хоть что-нибудь, – проворчала Ева. Хотя злости в её голосе поубавилось.

– Вы знаете, что Рафаэль - дракон из очень древнего рода. У таких магов вторая ипостась обладает мощнейшей Искрой и наследует Силу семьи. Поэтому первый оборот проходит очень сложно и часто болезненно. Высок риск получить серьезные травмы.

– Я знаю, что драконам должен помогать старший член Рода, – ответила Ева.

– Родители Рафаэля погибли задолго до его первого оборота. Луиза - единственная могла разделить с ним Искру, но она была связана магией с Алонзо. А одновременно управлять оборотом обоих братьев невозможно, поэтому она невольно пропустила начало трансформации Рафаэля.

– Это ужасно и мне жаль, но я не понимаю, как это связано с истинностью…

– Рафаэля спасла его наставница - Лелея Ирвандель.

– Королева?! – опешила Ева.

– Тогда она была магистром Рубиновой башни и обучала Рафаэля магии. Леле взяла на себя откат и сильно пострадала, но Раф выжил благодаря ей. Он был очень привязан к наставнице и, в некотором роде, она была для Рафа как вторая мать. Поэтому её личная трагедия впоследствии сильно ударила по нему.

– Личная трагедия? – недоуменно переспросила Ева. – Она ведь истинная короля, весь Опал знает, что владыка боготворит жену…

– Это сейчас. А до встречи с Логардом у Лелеи был другой избранник. Не истинный, но она безумно любила его и думала, что это взаимно. Они решились запечатать метки, чтобы пожениться и провели ритуал на священном озере. Но это не сработало.

– Как такое возможно?! Многие пары проходили этот ритуал и я ни разу не слышала, чтобы он давал сбой!

– Как выяснилось позже, Морган - избранник Лелеи не был до конца уверен в своём решении. Поэтому его метка не закрылась, но Лелею привязало к нему магической печатью, – мой голос дрогнул, выдавая волнение и злость.

С тех пор прошло много времени, а я до сих пор жалел, что Морган сдох до того, как я стал одним из сильнейших мечников королевства и мог сразиться с ним лично.

– Вскоре после этого Морган встретил настоящую истинную. Метка сработала, он почувствовал Зов и ушёл к ней. А Лелея начала стремительно терять магию и сходить с ума, потому что ложная метка стала проклятием и тянула из неё жизненную Силу.

ГЛАВА 3.4

Повисла гнетущая тишина. Мне нужно было время, чтобы собраться с мыслями и продолжить, а Ева обескураженно молчала. В её глазах плескалось неподдельное сожаление и боль.