Глубокий, бархатный голос раздался совсем рядом. Я обернулась и почувствовала, как губы сами собой растягиваются в глупой, невероятно счастливой улыбке.

Кайден стоял, небрежно прислонившись плечом к нагретой солнцем мраморной колонне. На нем не было ни строгой преподавательской мантии, ни глухих камзолов. Только легкая, расстегнутая на пару пуговиц льняная рубашка, рукава которой были небрежно закатаны до локтей, открывая сильные, загорелые предплечья с идеально чистой кожей. В его льдисто-голубых глазах сейчас плясали теплые, золотистые смешинки. Без тяжести проклятия и гнета отца он казался... молодым. До одурения красивым, свободным и настоящим.

— Магистр Де Валь! — я в два прыжка преодолела ступеньки и остановилась прямо перед ним, едва сдерживая порыв броситься ему на шею прямо на глазах у проходящих мимо студентов. — Вы видели списки? У меня высший балл!

— Видел, — Кайден тихо рассмеялся, и этот звук мурашками отдался у меня под кожей. Он плавно оттолкнулся от колонны и сделал шаг ко мне. — И, признаться, немного разочарован. Я надеялся, что ты завалишь пару предметов, чтобы у меня был повод оставить тебя на летние отработки в подземельях.

— Эли! Сюда!

Громкий окрик заставил нас обернуться. У главных ворот Академии выстроилась вереница наемных экипажей. Внутренний двор гудел, как растревоженный улей: студенты таскали тяжелые сундуки, прощались до осени и занимали места в каретах.

Возле одного из экипажей стояли Роуэн и Мей. Воздушник уже полностью оправился от удара Ткача - от травмы не осталось и следа, если не считать чуть более плавной, осторожной походки. Мей как раз с помощью левитации закидывала на крышу кареты последнюю связку книг.

— Я на минутку! — бросила я Кайдену и со всех ног помчалась к друзьям.

— Ну что, гроза мантикор, готова к каникулам? — Роуэн с широкой улыбкой сгреб меня в охапку, едва не оторвав от земли. Я крепко обняла его в ответ, чувствуя, как сжимается сердце от предстоящей разлуки. За этот год мы прошли через настоящий ад и стали кем-то гораздо большим, чем просто напарники по полигону.

— Буду скучать по твоим воздушным таранам, Свифт, — искренне сказала я, отстраняясь.

— Пиши нам! Обязательно пиши! — Мей бросилась мне на шею, чуть не задушив в объятиях. — И постарайся за лето не вляпаться ни в какие проблемы, ладно? Оставь подвиги до второго курса!

— Обещаю, только плюшки и сон! — рассмеялась я.

Мы проговорили еще минут десять, обещая обмениваться магическими вестниками каждую неделю. Наконец, возница нетерпеливо щелкнул кнутом. Я отступила на шаг, махая рукой, пока Роуэн и Мей забирались в экипаж. Карета тяжело тронулась с места, увозя моих друзей навстречу лету. Я смотрела им вслед, пока экипаж не скрылся за поворотом, унося с собой шум и суету.

Внезапно я ощутила знакомый, будоражащий аромат. Кайден подошел неслышно и встал позади меня.

— Все разъезжаются, — тихо произнес он, глядя на пустеющий двор. Затем его взгляд переместился на меня. — А ты куда, Элиана? Сундуки уже собраны?

Я вздохнула, разглаживая пальцами свернутую ведомость.

— Наверное, поеду домой. Повидаюсь со своими. Мама прислала письмо, пишет, что отец придумал новый рецепт медовых булочек и ждет не дождется, когда я приеду дегустировать. Буду помогать в пекарне, отсыпаться...

Я говорила это, но внутри предательски скреблась тоска. Мысль о том, чтобы расстаться с Кайденом на долгие три месяца, казалась совершенно невыносимой. После всего, что мы пережили, после тех ночей в поместье его отца, между нами натянулась такая звенящая, прочная нить, что разорвать её расстоянием было физически больно.

Кайден чуть склонил голову набок. Его глаза потемнели, приобретая глубокий, сапфировый оттенок.

— Медовые булочки - это серьезный аргумент, — бархатным, тягучим тоном протянул он. — Но что, если я предложу вариант поинтереснее?

Я замерла, чувствуя, как сердце делает кульбит и замирает где-то в горле.

— Что... что вы имеете в виду, магистр?

Кайден сделал последний, решительный шаг, окончательно стирая дистанцию между нами. Дистанцию между наставником и первокурсницей, между лордом и дочерью пекаря. Его длинные прохладные пальцы мягко коснулись моей щеки, заправляя выбившуюся прядь за ухо. От этого прикосновения по моей коже пробежал обжигающий электрический разряд.

— Я имею в виду, — его голос понизился до интимного шепота, от которого у меня подкосились колени, — что где-то на юге, у самого теплого моря, в лесной чаще есть небольшое поместье. Оно принадлежит лично мне, а не роду Де Валь. Там нет ни Высшего Совета, ни Инквизиции, ни моего отца. Там вообще нет никого, кроме лесов, ветра и шума волн. И я был бы бесконечно рад, если бы ты согласилась провести эти каникулы со мной, Элиана.

Я распахнула глаза, не веря тому, что слышу.

— С тобой? — выдохнула я, почти теряясь в его взгляде.