Я тихо засмеялась.
— У меня сейчас дрожат колени.
— Потому что ты впервые не стала ему удобной. Это полезный опыт.
Я опустила взгляд на телефон.
Да.
Ответ пришёл сразу.
Тогда не вставайте.
Я нахмурилась.
— Что? — спросила Кира.
Я подняла глаза к окну.
И увидела его.
Роман стоял на улице, в нескольких метрах от входа в кофейню. Без зонта, в тёмном пальто, с расстёгнутым воротом и тем самым невозможным спокойным лицом, которое почему-то всегда действовало на меня сильнее, чем положено приличной женщине. Он посмотрел прямо на меня — и я поняла, что уже не сижу нормально, а почти подалась вперёд.
— Оооо, — выдохнула Кира, разворачиваясь. — Ну всё. Это уже не роман, это нападение.
— Он что здесь делает?
— Судя по всему, пришёл быть твоим «возможно».
Я, кажется, забыла, как дышать.
Через минуту он вошёл в кофейню, и всё пространство будто собралось вокруг него. Не потому что он нарочно производил эффект. Просто такие мужчины не умеют быть фоном.
— Добрый вечер, — сказал он, глядя на меня.
— Добрый, — ответила я, слишком остро осознавая, что Кира сидит рядом и видит вообще всё.
— Надеюсь, я не помешал.
— Нет, — сказала Кира раньше меня. — Вы пришли идеально вовремя. Я Кира, если что. Подруга, коллега и человек, который уже заранее за Ладу переживает.
Роман перевёл на неё взгляд.
— Роман.
— Я знаю, — лучезарно сообщила Кира. — Мне о вас уже сообщили больше, чем положено незнакомому человеку.
— Надеюсь, не только плохое.
— Пока в основном тревожное.
Он чуть улыбнулся.
— Это честно.
— Слушайте, — сказала Кира, хватая сумку, — я сейчас проявлю чудо такта и исчезну, пока вы оба делаете вид, что у вас всё под контролем.
— Кира, — предупреждающе начала я.
— Что? Я не мешаю романтической геополитике. Мне ещё нужно купить сыр и не вмешиваться в судьбу. — Она поднялась, наклонилась ко мне и быстро шепнула на ухо: — Если этот мужчина сейчас не поцелует тебя до конца вечера, я разочаруюсь в человечестве.
— Уходи уже.
— Уже. До свидания, Роман. Не облажайтесь.
И ушла.
Я медленно перевела взгляд обратно на него.
— Простите. Она… такая.
— Мне нравится.
— Конечно.
— Она любит вас.
— Это не обсуждается.
Он сел на её место, не спрашивая разрешения, и тут же стал частью моего воздуха. Настолько естественно, что я едва не разозлилась.
— Вы видели Антона? — спросила я.
— Да.
— И?
— Он смотрел на вас так, будто поздно понял, что потерял.
Что-то внутри отозвалось. Не болью. Удивлением.
— Вы часто умеете говорить вещи, после которых женщинам хочется молчать?
— С вами — всё чаще.
Я отвернулась к окну. Надо было срочно сменить тему, иначе я начну таять у него на глазах, а это противоречило всем моим базовым принципам выживания.
— Зачем вы пришли?
— Хотел увидеть вас.
— Просто так?
— Нет. С причиной.
— Какой?
— Хотел забрать вас на ужин.
— Роман, вы понимаете, что это уже становится привычкой?
— Начинаю надеяться, что и для вас тоже.
Я нервно усмехнулась.
— Самоуверенный.
— Упрямая.
— Не работает.
— Уже работает.
Мы молчали несколько секунд. Потом он посмотрел на мою чашку.
— Холодный кофе.
— Был тёплый до появления бывшего.
— Вы справились.
— С чем именно?
— Не стали маленькой. Не стали удобной. Не стали оправдываться.
Я моргнула.
— Вы что, всё это время наблюдали?
— Последние две минуты. Этого хватило.
— Вам всё всегда хватает двух минут?
— Нет. С вами — нет.
Вот после таких фраз мне реально хотелось либо спрятаться, либо ударить его чем-нибудь мягким.
— Идёмте, — сказал он.
— Куда?
— Есть.
— Я уже почти ела.
— Почти — не считается.
— А если я не хочу?
Он посмотрел на меня и спокойно произнёс:
— Хотите.
И ведь знал, что да.
Мы всё-таки поехали. На этот раз не в ресторан, а в маленькое место на окраине центра — с деревянными столами, открытой кухней и каким-то странно домашним ощущением. Там не было пафоса. Не было попытки впечатлить. И, возможно, именно это окончательно сбило меня с толку.
— Вы меня всё время удивляете, — сказала я, когда нам принесли хлеб, масло с травами и горячую пасту.
— Это плохо?
— Это утомительно.
— Ложь.
— Почему вы всегда это замечаете?
— Потому что когда вы врёте, у вас немного двигается левая бровь.