— Хорошо, что до тебя доходит, — уже гораздо спокойнее проговорил куратор. — И хватит меня доставать. Не могу бросить Первого, Второго и Третьего. За ними надо следить.

Притаившийся рядом Ян тихо фыркнул, выражая свое мнение по поводу прозвищ собак, а в голосе господина ректора звучало крайнее недоумение:

— Прости, кого ты не можешь оставить?

— Лесных деток.

— О, Всевышний, мой племянник точно спятил…

— Почему сразу спятил? — снова завелся мужчина. — Ты только и думаешь о том, как бы исполнить последнюю волю моих родителей, но совершенно упускаешь из виду мои желания.

— Мальчишка, я просто беспокоюсь!

— Беспокойся лучше о Боне. Он второй день плохо ест.

— Кто опять обидел моего мальчика⁈

Ссора пошла по второму кругу, и я поползла обратно, увлекая за собой соседа. Очень уж личный разговор у этих двоих состоялся, даже неловко стало.

— Да брось ты, не каждый день услышишь, как наш суровый ректор выражает беспокойство, — хмыкнул Ян. Вот кому чуждо чувство стыда. Всегда наглый и бесцеремонный, интересно было бы посмотреть на тех, кто воспитал такое чудо.

— Может, ты и прав, — отозвалась я, — передай ребятам, что сегодня в библиотеку я не приду, хорошо? Очень уж поспать хочется.

— Сегодня будут спать все, — согласился Ян. — Пока, деревенщина.

— До завтра, аристократишко.

Кажется, для нас двоих такое общение стало нормой. Мы даже улыбнулись друг другу, забыв утренние обиды. Ничего так не сближает, как совместное лазание под кустами папоротника.

Но поспать у меня не получилось. Подслушанный диалог не выходил из головы. Еда и учебники не могли меня отвлечь. Даже после принятой ванны, где я отмокала около часа, мой бедный мозг все равно одолевали многочисленные вопросы. Я сушила волосы и усиленно размышляла: почему Ладан категорически не желает жить среди людей? Может, за этим кроется какая-то тайна? Какова была последняя воля его родителей и что с ними стало? И наконец, кто убил Леди? Кому выгодна смерть пса, и не придет ли он еще за кем-то?

Наконец, до меня дошло, что на какие-то вопросы я могу получить ответ уже сегодня. Наспех накидав в сумку провизии, прихваченной из столовой, я надела плащ поверх домашней пижамы и смело направилась к логову баргеста. Вообще, как меня проинструктировали, студентам не запрещалось ходить вечером по территории академии, но на это должна была быть веская причина: травники могли искать растения, цветущие только по ночам, некроманты — проводить обряды, а боевые маги — пользоваться пустующим полем для отработки опасных заклинаний. Но все это строго обсуждалось с кураторами или преподавателями. А так как у нас куратором был человек, вечно отлынивающий от своих дел и пропадающий неизвестно где, то сам Всевышний велел все на него сваливать. И поэтому, когда двое плечистых ребят (что-то вроде местной охраны) остановили меня у дверей академии, я честно ответила:

— Ладан просил щенков проверять. Выполняю просьбу куратора.

— Совсем он у вас с головой не дружит, — недоверчиво покачал головой первый, окинув меня оценивающим взглядом. — Тебя, может, проводить? Ректор Альтаир велел нам эти дни усилить бдительность, что-то нехорошее происходит в лесу.

— Да пусть идет, — неожиданно весело хмыкнул второй. — Сдается мне, что эта та самая, про которую в газете писали. Черноокая соблазнительница. Звать-то тебя как?

Мучительно краснея, я назвала свое имя, а затем пустилась в лес чуть ли не бегом. Стыдоба какая! Наверняка подумали, что я на свиданку иду!

Пройти в пещеру не удалось. Кто-то поставил защиту, и я со всего маха врезалась лбом в прозрачную стену. Вот у кого поучиться надо! Если повторю такое, то зачет у Владлены мне обеспечен.

— Оливия? — не то удивленно, не то укоризненно произнес Ладан, выходя навстречу. — Мог бы и догадаться, что ты придешь.

— Научишь такую защиту ставить, а? — потирая ушибленный лоб, полюбопытствовала я. — Госпожа Владлена придет в восторг!

— Уже познакомилась с нашей милой старушкой? — Ладан улыбался, но не спешил снимать чары.

— Милая она только с виду, — пробурчала я. — Так ты меня впустишь?

— Вообще-то студенткам не пристало бродить по ночам без одобрения куратора, — спокойно заметил Ладан.

— Вот ты и одобри! Ты мне должен, кстати. А еще я еду принесла!

Мне показалось, что доставка еды является для него весомым аргументом. Интересно, он хоть столовую посещает? И верно: ведун сделал пас рукой, шепнул что-то под нос и приглашающе махнул.

— Вот так бы сразу, — важно кивнула я, заходя внутрь. — О, Всевышний, ты и правда здесь ночуешь!

Помимо соломы и старых одеял, в пещере появились столешница и матрас, который облюбовали песики.

— Это для удобства, — поспешил объясниться Ладан, — я собирался идти домой.

— Кстати, а где твоя сторожка?

— Кстати, хватит любопытничать, — отрезал ведун. — И почему я вдруг тебе что-то должен?