— Я рада, что вам нравится, — мягко ответила она, проводя меня к столику у одного из источников.

Тёплый воздух, мягкий свет, тихий шум воды и эти странные, милые создания вокруг создавали ощущение, будто ты оказался в каком-то другом мире.

Более спокойном, более личном. Я села, всё ещё оглядываясь по сторонам.

Мы устроились у самого края одного из горячих источников. Тёплый пар мягко поднимался вверх, обволакивая пространство, а свет отражался в воде так, будто она светилась изнутри.

Перед нами уже стояли напитки.

— Рекомендую, — с лёгкой улыбкой сказала Ури, подвигая ко мне бокал. — Местное. Очень расслабляет.

— Мне это сейчас как раз необходимо, — честно призналась я.

Первый глоток оказался неожиданно мягким. Тёплый, чуть сладковатый, с лёгкой терпкостью в конце — напиток словно растекался по телу, снимая остатки напряжения.

— Итак, — начала Ури, откинувшись чуть назад. — Я слышала что вы решили сменить направление в работе и уволились из компании. Расскажите, как вам работается вне системы? развиваете собственное дело?

— Свободно, — ответила я. — Иногда страшно, иногда сложно, но… зато никто не пытается отправить меня под суд.

Ури на секунду замерла, а потом рассмеялась.

— Это весомый плюс.

— Я тоже так считаю.

Мы обменялись улыбками.

Разговор сначала шёл легко — о работе, о путешествиях, о странных клиентах и ещё более странных запросах. Ури рассказывала с юмором, я подхватывала, и постепенно напряжение между нами окончательно исчезло.

В какой-то момент я поймала себя на том, что мне с ней… комфортно.

Неожиданно.

Но потом что-то изменилось.

Я не сразу поняла, в какой именно момент.

Может, после второго бокала, или третьего, или когда Ури вдруг замолчала чуть дольше, чем обычно.

Она покрутила бокал в руках, наблюдая, как жидкость медленно скользит по стенкам.

— Знаете, — сказала она чуть тише, — я ведь очень долго к этому шла.

Я чуть наклонила голову.

— К должности?

— К жизни, в которой всё… идеально, — усмехнулась она.

Я молча сделала глоток и кивнула, давая ей продолжить.

— Лучшие показатели. Быстрый рост. Правильные решения. Безупречная репутация, — перечисляла она с лёгкой иронией. — Я была уверена, что в какой-то момент всё это начнёт приносить удовольствие.

— И…? — осторожно спросила я.

Она посмотрела на меня.

— И вот я здесь, — развела руками. — На орбитальной станции. Среди документов, отчётов и… — она обвела взглядом пространство, — обезьян.

Одна из обезьянок в этот момент довольно чавкнула чем-то у источника. Я не выдержала и фыркнула.

— Они, между прочим, очень милые.

— Они — моя основная социальная группа, — невозмутимо ответила Ури.

Я поперхнулась напитком.

— Подождите… а как же сотрудники?

— Сотрудники меня боятся.

— Почему?

— Я идеальная, — спокойно сказала она.

Я уставилась на неё.

— Это сейчас была жалоба или констатация?

— Это трагедия, — вздохнула Ури и сделала глоток.

Я рассмеялась.

— Подождите, то есть вы добились всего, о чём мечтали, и теперь страдаете, потому что… слишком хороши?

— Именно, — кивнула она. — Ни одного достойного мужчины.

Я приподняла бровь.

— Ни одного?

— Ни одного, — повторила она. — Либо они меня боятся, либо начинают заикаться, либо… — она сделала паузу, — либо слишком быстро соглашаются со всем, что я говорю.

— Это плохо? — уточнила я.

— Это скучно!

Я снова рассмеялась.

— То есть вам нужен кто-то, кто будет с вами спорить?

— Конечно, — живо ответила она. — И при этом не терять сознание от моего взгляда.

Я задумчиво покрутила бокал.

— Звучит как редкий вид.

— На грани вымирания, — серьёзно кивнула Ури.

Мы замолчали на секунду, а потом я не выдержала:

— Ну… у вас хотя бы есть сцена.

— Какая сцена? — не поняла она.

— Ну как же, — я обвела рукой пространство. — Вы блистаете. Свет, атмосфера, эффектное появление…

— Перед обезьянами? — уточнила она.

Я посмотрела на ближайшую.

Та сидела, уставившись куда-то в пространство, и выглядела так, будто уже всё в жизни поняла.

— Они ценят, — уверенно сказала я.

Ури посмотрела на меня несколько секунд… и вдруг рассмеялась.

И вот тут что-то окончательно сломалось, разговор стал ещё легче, ещё свободнее.

Бокалы менялись один за другим, темы становились всё менее структурированными.

В какой-то момент мы обсуждали карьеру, потом — отношения.

Потом — почему хорошие мужчины либо заняты, либо странные.

Потом — почему странные иногда интереснее.