Никаких новых катастроф, вызовов “немедленно к директору”. Даже линза, словно чувствуя, что у меня закончились моральные ресурсы, вела себя относительно прилично. Я почти расслабилась. И, конечно, именно в этот момент всё пошло не так. Сообщение пришло в середине дня.

Короткое. Сухое.

Запланирована командировка.

- Цель: проверка и согласование нового тура.

- Сопровождение: директор Кайто Сэйдзи.

Я перечитала сообщение три раза. Потом ещё раз.

— Нет, — тихо сказала я.

— Да, — мгновенно отозвалась Лисса, даже не поднимая головы от своей панели.

— Это не может быть мне.

— Может. Уже. Поздравляю.

Я повернулась к ней.

— Почему я?

Лисса наконец посмотрела на меня.

— Потому что ты руководитель направления долгосрочных туров?

— Есть ещё пять человек.

— Было, — поправила она.

Пауза.

— Что значит “было”?

Лисса выразительно приподняла бровь.

— Ты вообще новости читаешь?

Я медленно покачала головой.

— Я стараюсь не вредить себе лишней информацией.

— Зря. Там весело.

Она откинулась на спинку кресла и понизила голос:

— За эту неделю он уволил троих.

— За что?

— Официально? — Лисса пожала плечами. — “Несоответствие стандартам”.

— А неофициально?

Лисса наклонилась ближе.

— Не согласились с ним… сотрудничать.

Я нахмурилась.

— В каком смысле?

Она выразительно посмотрела на меня. Я замерла.

— Ты серьёзно?

— Я — нет. Люди — да.

Я откинулась на спинку кресла.

— Это бред.

— Конечно, бред, — легко согласилась Лисса. — Но ты же знаешь, как это работает.

Знала. Кто-то что-то сказал. Кто-то добавил деталей. Кто-то поверил. И вот уже целая история живёт своей жизнью.

— И, — продолжила Лисса, — самое интересное — уволенные все были…

Она сделала паузу.

— …очень красивые.

Я закрыла глаза на секунду.

— Отлично.

— Да, сюжет неплохой, — кивнула она. — Харизматичный директор, скандалы, увольнения…

— И я еду с ним в командировку.

Лисса замолчала. Потом медленно улыбнулась.

— О.

— Даже не начинай.

— Я ещё не начала.

— Вот и не надо.

Но неприятный осадок уже появился. Я не верила в эти слухи. Не хотела верить. Но… Я была одной из немногих оставшихся женщин-руководителей. И теперь ехала с ним одна. Совпадение? Возможно. Но мысль всё равно зацепилась и не отпускала.

О дальних планетах, привычных маршрутах, пилотах с лишним любопытством и о том, как сплетни иногда бьют прямо в лицо

Утро началось привычно, но с лёгкой ноткой тревоги.

Я оказалась в распределительном шлюзе — огромном прозрачном куполе, где шёл нескончаемый поток людей, оборудования и информационных голограмм. Здесь мы формировали посадочные группы для дальних туров, проверяли маршруты и распределяли экипажи.

Для компании, где я работала, такие зоны были чем-то вроде вторых ворот в космос: чистые стеклянные панели, мягкий свет, невесомые тележки с багажом, информационные голограммы о каждом рейсе и маршруте. На стенах — интерактивные карты планет, которые могли показывать атмосферу, погодные условия и потенциальные экзотические опасности.

Для меня это была обычная рутина. Я уже не раз летала в такие командировки, уже запоминала все процедуры, знаки и шум шлюзов. Единственное, что немного тревожило, — поездка с директором.

— Ну что, Мила, — бодро начала пилот, молодой парень с ярко-синими волосами, — рассказывай, каково это — лететь с этим новым красавчиком-директором?

— Красавчиком? — я невольно ухмыльнулась. — Мы с ним ещё даже на корабль не сели.

— Слухи есть слухи, — подтвердил навигатор, хохоча. — Говорят, всех красавиц с женских отделов уже развёл по домам.

— И что? — попыталась я делать вид, что мне всё равно. — Он же не будет проверять меня.

— Ну кто знает… — улыбнулся первый пилот, подмигнув. — Мы слышали, что он умеет быть требовательным.

Я хмыкнула.

— Я его ещё не видела, так что для меня всё остаётся гипотезой.

Мы болтали, перебрасываясь смешными комментариями о маршрутах и последних забавных инцидентах с клиентами. Я уже чувствовала привычную лёгкость, когда вдруг услышала чуть слышное дыхание позади.

— А-а-а… — замерла я на месте.

Директор стоял прямо за ними.

Слушал.

Каждое слово.

— Так вот кто распускает сплетни… — сказал он спокойно, но с той степенью авторитета, которая сразу заставляла замереть.

Мы трое одновременно почувствовали себя пойманными в капкан.