Я моргнула, пытаясь прогнать влагу, но в этот раз ощущение оказалось сильнее. Грудь чуть сжало, дыхание на секунду сбилось, и я неожиданно ясно почувствовала пустоту — тихую, но настойчивую.

И вместе с ней пришло странное, почти детское желание чего-то простого и понятного: тепла, чьего-то присутствия, объятий, спокойного голоса, который скажет, что всё в порядке.

Я резко выдохнула и провела рукой по лицу, окончательно приходя в себя.

— Прекрасно… — тихо пробормотала я. — Один раз, и уже привыкание.

Мысль прозвучала с лёгкой насмешкой, но внутри отозвалась слишком правдиво.

Я прекрасно помнила тот момент — криокамеру, его голос, спокойный и ровный, почти убаюкивающий, и то, как это действительно помогло тогда. И, похоже, запомнилось сильнее, чем стоило.

— Соберись, — уже твёрже сказала я себе.

Я привела себя в порядок и направилась в рубку, стараясь окончательно вернуть привычное рабочее состояние.

Там всё было, как и ожидалось: деловая атмосфера, сосредоточенные лица, ровные голоса и чёткие формулировки. Дэйр сверял параметры навигации, Эрн проверял обновлённые данные маршрута, а в центре пространства мерцала проекция с текущими корректировками.

Я сделала шаг внутрь.

И почти сразу встретилась взглядом с Кайто.

Он смотрел внимательно — слишком внимательно, чтобы это можно было списать на случайность. Его взгляд скользнул по моему лицу быстро, почти незаметно, но я отчётливо почувствовала этот момент. Как будто он сразу отметил всё: лёгкую припухлость, остатки слёз, то, что я сама предпочла бы скрыть.

И, что было хуже всего, он, кажется, понимал причину.

Я на долю секунды замерла, но тут же отвела взгляд, делая вид, что ничего не произошло.

— Всем привет, — спокойно сказала я, проходя к своему месту.

— Привет, — отозвался Дэйр. — Как спалось? Без приключений?

— Разочарована, — сухо ответила я. — Ни одной катастрофы.

— Мы старались, — усмехнулся он.

Я уже включилась в интерфейс, быстро пробегаясь по данным и намеренно погружаясь в работу, словно это могло окончательно вытеснить лишние ощущения.

— Обновления по маршруту? — уточнила я.

— Незначительные корректировки, — ответил Эрн. — Ничего критичного, всё в пределах нормы.

— Программа на посадку обновлена, — добавил Дэйр. — Административный центр готов к приёму.

— А документы на согласование уже отправлены ? — спросила я.

— Да, — коротко ответил Кайто.

Я невольно подняла на него взгляд, но он уже смотрел на проекцию, будто предыдущего момента вовсе не было. Спокойный, собранный, полностью погружённый в работу — как всегда.

— Тогда работаем по плану, — сказала я, возвращаясь к делу.

Следующие полчаса прошли в привычном ритме. Мы сверяли показатели, уточняли детали, вносили последние правки в программу, и постепенно я окончательно вернулась в рабочее состояние. Мысли выровнялись, дыхание стало ровным, а внутреннее напряжение почти исчезло, растворившись в логике и цифрах.

— Готовность к вылету подтверждена, — подытожил Эрн.

— Тогда выдвигаемся, — добавил Дэйр.

Я откинулась на спинку кресла, позволяя себе короткую передышку.

После криосна всё всегда воспринималось немного иначе. Переход был слишком резким, слишком чистым, и из-за этого окружающая реальность казалась чуть нереальной, словно ты оказался не просто в другом месте, а в другой версии мира.

Почти как путешествие.

Я едва заметно улыбнулась, глядя на проекцию впереди, и почувствовала, как внутри тихо разрастается ожидание.

Интересно, что будет дальше.

Перелёт до административного центра занял совсем немного времени, хотя формально мы даже не покидали орбиту. Сам комплекс располагался на станции, опоясывающей планету, — огромной, холодной и до безупречности функциональной конструкции, где, казалось, каждый болт был согласован минимум с тремя департаментами.

Из иллюминатора станция выглядела впечатляюще: тонкое сияющее кольцо, пересечённое транспортными линиями, с редкими вспышками швартующихся кораблей. Красиво, но строго. Ни тебе романтики, ни намёка на хаос — сплошная дисциплина в металле.

— Вот он, храм согласований, — негромко заметил Дэйр.

— И сколько уровней ада внутри? — уточнила я.

— По официальным данным — семь, — невозмутимо ответил он. — По неофициальным… мы ещё не досчитали.

Я усмехнулась, но где-то внутри стало чуть тревожно.

Стыковка прошла идеально, и уже через несколько минут мы шагали по знакомым стерильным коридорам станции. Здесь всё было… одинаково. Идеально одинаково. Стены, освещение, даже воздух казался одинаково нейтральным.

Если бы меня сейчас развернули и попросили найти выход — я бы, скорее всего, осталась здесь навсегда, подписывая какие-нибудь формы.

Секретарь появилась так вовремя, что я почти заподозрила телепортацию.